Книга Лавка «Любовные снадобья», страница 28 – Татьяна Ма

В конце улицы показался прянично-глазурный домик лекарни, но не доходя до него, Корнелия свернула на широкую улицу.

— Почему лекарня такая яркая, и комнаты внутри красочные? – поинтересовалась Лиза.

— Чтобы болявым веселее было, – объяснила Корнелия. – Великая Врачиня много веков назад выяснила, что чем красочнее обстановка вокруг, тем легче болявые выздоравливают.

— Надо же, – удивилась Лиза, – а у нас в больницах все светлых неприглядных тонов.

— Ну, может, и в вашем отсталом мирке какая-нибудь Великая Врачиня появится, – пожала плечами Корнелия.

Лиза с интересом рассматривала улицу, по которой они шли, и прохожих. Те тоже кидали на двух девушек любопытные взгляды. Кто-то им кивал в знак приветствия, но никто пока не заговаривал. И на том спасибо!

Домики вокруг были аккуратные, элегантные, чистенькие, утопали в пышных цветах роз и еще каких-то, которым Лиза названия не знала. Кое-где мелькали разных оттенков маркизы над окнами или дверью, тут же красовались деревянные вывески: где таверны, а где кафе или магазинчики.

— Сюда на обратном пути зайдем, – кивнула Корнелия на выставленные у входа в магазин лотки с разнообразными овощами. – Сейчас до центра прогуляемся. Платьишки посмотрим да украшеньица, – мурлыкнула она.

— Нет уж, – остановилась Лиза. – Никаких платьев и украшеньиц мы сегодня смотреть не будем. Купим еды. Мне еще дом убирать.

— Уберется, успеется, – недовольно надула губы Корнелия.

— Чем быстрее, тем лучше. А то мне уже и огнеупертый в упрек ставит, что я замарашка.

Корнелия покосилась на Лизу и засмеялась.

— Что, понравился тебе наш Ричард?

— Вот еще, – фыркнула Лиза. – Хамоватый тип.

— Зато красивенький, – облизнулась Корнелия.

— Да ну тебя, – Лиза дернула рыжую за руку. – Пойдем.

— Тогда шоколадину пойдем выберем, а потом за твоими скучными продуктами, – нахохлилась Корнелия. – Можно подумать, ты готовить умеешь.

— А вот и умею.

Лиза готовить и правда умела. Бутерброды там, вареные яйца и иногда даже омлет получался сносный. Еще она могла сварить сосиски, разогреть замороженную пиццу. И пельмешки с варениками в горячую воду закинуть. А что еще надо? Остальное можно и в ресторане поесть.

Вскоре Лиза с Корнелией вышли на широкую площадь. Посреди нее красовался огромный монумент: мужчина в камзоле, с напомаженными и накрученными волосами, вытягивал одну руку вверх раскрытой ладонью к небу, вторую он отвел назад. Вся его поза кричала: вот каков я красавец!

— Это кто? – Статуя Лизе кого-то напоминала.

— Это пракакой-то там дед нынешнего мэра Фула Симплтона. Основатель нашего города.

— Ага. То-то я думаю, где-то я его видела, а это просто Дамми на него похож.

— Красивущ, правда? – задорно засмеялась Корнелия.

— Все у тебя красивущи, – закатила глаза Лиза.

— А что, дуракам не запрещено красивыми быть, как и умным.

— И то правда. Послушай, я вот что спросить хотела…

— Шоколадина! – глаза Корнелии затуманились предвкушением. Она ухватила Лизу под руку и потянула на другую сторону площади. Кошка неслась так стремительно, что Лиза едва поспевала перебирать ногами. Где-то в стороне мелькнула знакомая ягодная шляпка, но Лизе было не до вежливостей: Корнелия ей чуть руку не вывернула, таща за собой.

Они остановились у какой-то неприметной двери с черной маркизой, и Корнелия, резко ее распахнув, влетела внутрь. На Лизу тут же обрушился запах какао, жгучего шоколада, корицы, ванили и, кажется, ликера.