Книга Лавка «Любовные снадобья», страница 33 – Татьяна Ма

— Господи, да это ж накладные волосы.

— Сама ты накладная! – кричала обиженная девушка.

Одна из ее спутниц тоже дернула Бьюти за другую прядь – и эта отвалилась.

— Ты что, лысая? – заверещали девушки, еле сдерживая смех. – Вот так новость.

— Дуры! Нахалки! – начала колотить их кулачками Бьюти.

Подружки, испугавшись не на шутку взбесившейся Бьюти, скрылись в ближайшем переулке, а та шлепнулась на землю и разрыдалась. Слава богу, прохожих тут не было. Видимо, все ушли на площадь или еще куда.

Лизе девушку стало жалко.

— Извини, я не думала, что так получится, но ты сама виновата: пошла на меня взъерепенившимся петухом. – Лиза протянула девушке локон, а та, увидев его, начала рыдать пуще прежнего. Лиза присела на корточки рядом с Бьюти и спросила: – Что с твоими волосами?

— Что-что! Хотела их покрасить, сделать беленькими-беленькими, – шмыгнула носом она.

— Сделала?

— Ага, видишь, какие красивые? Только отвалились все.

— Ты, что же, совсем лысая под этим? – кивнула Лиза на парик.

— Даже хуже, – всхлипнула Бьюти.

Лиза не представляла, что может быть хуже, но ей в голову пришла хорошая идея.

— Приходи ко мне завтра вечерком. Я с уборкой закончу, и мы тебе новые волосы наколдуем, настоящие.

— А ты сможешь? – с надеждой посмотрела на нее Бьюти.

— Смогу, – уверенно кивнула Лиза.

И она, эту самую уверенность, действительно чувствовала. Кортни она или не Кортни, в конце концов! Обязательно сделает этой несчастной настоящие красивые волосы! Или она не потомственная ведьма-колдовница!

— Ложки-поварешки, тарелочки-кастрюльки, – подпевала Лиза себе под нос, пытаясь привести кухню в божеский вид. Правда, пение ее больше походило на жалобный стон подбитого комара.

Красивое зеленое платье, в котором Лиза ходила в город, она сменила на простенькое темно-коричневое, висевшее в закромах необыкновенного шкафа: с виду шкаф как шкаф с тремя вешалками, а на поверку – бездонная гардеробная, в которой неизвестно откуда берутся наряды. Не иначе как колдовство бабушки Кортни. Могучая, видно, была ведьма, раз смогла такой шкаф наколдовать. Лизе о подобном колдовье только мечтать остается.

С кухней она решила разобраться методами бабки Прасковьи. Зря, что ли, каждое лета сызмальства она в деревне торчала? Да, в руках все горит, но не велика премудрость – научится! Лиза боялась, что если будет пытаться вымести паутину да грязь колдовским щелканьем пальцев, то только хуже сделает. Поэтому она первым делом навела мыльной пены в чистом ведре и смахнула самую густую грязь со столов да навесных шкафчиков, потом как следует протерла полы и вычистила раковину. Порошок бабушки Кортни творил чудеса: казалось бы, до невозможности загаженная раковина заблестела крапчатым камнем, засияла латунным золотом. Красота!

Лиза заткнула раковину заглушкой в виде кошачьей головы и в мыльной воде перемыла всю посуду, коей на кухне было много, а потому пришлось делать это за несколько подходов. И никакие знакомые чистяще-моющие средства не понадобились – у бабки Кортни порошок все хорошо оттирал и на посуде химической пленки не оставлял. Все колдовское! Натуральное!

— Фух, – провела Лиза влажной ладонью по лбу, когда покончила с мытьем посуды. – И всего-то лишь четыре тарелочки разбила.

Для Лиза это был не результат, а результатище! У бабы Прасковьи, конечно, от такого итога мог и нервный тик случится, но тут-то Лиза сама себе хозяйка.