Книга Беглянка, страница 21 – Любовь Негодяева

— Мечтаешь вернуться к Стефану Тиронскому? – шипит с нотками ревности в голосе.

— Мужчина, приказавший убить собственного сына, не заслуживает шанса на счастье рядом со мной, - равнодушно пожимаю плечами.

— Ты не останешься старой девой, Аннетта. Я второй сын в семье и не обязан иметь наследников. Если в течение года князь не найдет жениха, то приеду свататься, - заверяет клятвенно. Разворачивается и уходит не оглядываясь.

— Вот и поговорили, - возмущенно всплескиваю руками. – А моим мнением не желаешь поинтересоваться? Что за дикие нравы.

— Он тебе не ровня, - изрекает управляющая гаремом. Похоже, женщина находилась в сознании и слышала разговор. – Прости меня, девочка, за загубленную жизнь. На смертном одре многое видится иначе.

— Всепрощение доступно лишь Богам. Лично я верю, что каждому воздастся по заслугам, - отвечаю резко. Не собираюсь открывать правду и облегчать чью-то прогнившую совесть.

— В составе обоза следуют шесть кибиток, которые тянут тяжеловозы вороной масти. Там сложено твое приданое. На перевале пересчитай добро и внимательно осмотри замки на сундуках. Неудобно получится, если часть вещей уедет в дальнее поместье.

Хмыкаю и отворачиваюсь. Беатрис отобрала карету и не погнушается завладеть остальными богатствами. Пусть правители решают между собой имущественные вопросы. Сомневаюсь, что нам с Мигелем хоть что-то перепадет. А жаль.

Слуга заносит крепко спящего брата и укладывает рядом. Ласково обнимаю ребенка и зарываюсь пальцами в копну шелковистых золотых кудрей. Умаялся бедняжка.

Эдда вбегает в сопровождении нескольких слуг, несущих глубокую бадью. С чего вдруг такая забота?

Вопросы отпадают, когда входит оруженосец с двумя ведрами горячей воды. Похоже, хозяину Ксандера не понравился аромат немытого девичьего тела.

— Принесу вам рубахи для сна и помогу помыться, - кланяется сиделка. – Одежду заберу в стирку. До утра просохнет.

— Хорошо, - смиряю порыв отказаться. – Позаботься о брате и моих волосах. В одиночку с ними не справится. Потом можешь заниматься своими делами. Я самостоятельно искупаюсь.

Пока она суетится и бегает за нужными вещами, бужу мальчика. Приставляю палец к губам и показываю глазами на живот. Он понятливо кивает. Разматывает материю и прячет вместе с дневником под тюфяк. Благо распорядительница впадает в беспамятство и больше не следит за нами.

После принятия ванны чувствуем себя бодрыми и посвежевшими. Вкусный ужин поднимает настроение, возвращая оптимистичный настрой.

— Не гаси свечу, - прошу служанку.

— Боитесь оставаться в темноте рядом с умирающей, - кивает с сочувствием. Осеняет себя знамением, кланяется и уходит, тщательно задергивая полог.

— Выспалась днем, - пожимаю плечами, глядя на Мигеля.

— Хочешь почитать?

— Давай.

Ложимся рядом и погружаемся в историю любви юной княжны.

В этот раз текст воспринимается легко и не вызывает головной боли. Но наша идиллия прерывается истошными воплями и стенаниями. Альма впадает в беспамятство и начинает бредить, время от времени выкрикивая неразборчивые фразы.

— Ммм… Вы не имеете права нас задерживать, - плаксиво уверяет невидимого собеседника и достает из корсажа какую-то бумагу. – Взгляните на охранную грамоту.

Брат мгновенно ориентируется в происходящем. Многозначительно подмигивает, ползет к женщине и вытягивает из скрюченных пальцев желтоватый пергамент. Разворачивает и озвучивает написанное: