Книга Второе дыхание, страница 113 – Любовь Негодяева

Вдоль стен развешаны многочисленные портреты предков. Нечеткие изображения расплывались. Но я и не всматривалась в серьезные лица брюнетов. Искала только имя. Одно-единственное. Интересующее больше всех остальных. Как звали отца Энни? И тут же наткнулась на табличку с гравировкой «Алессандро».

Александр. Саша. Так зовут и моего папу. Наречем тебя в честь дедушек, сынок? Ощутимый пинок крохи выкинул меня в другую реальность.

Я вновь оказалась в пылающем круге. Вокруг переплелись и отчаянно держали оборону стихии огня, ветра, воды и земли. С подрагивающих от усталости рук лился ручеек целительской магии. Нежно поглаживал беснующегося алого зверя. Опутывал лаской. Окружал заботой. Согревал душевным теплом. Приманивал нежностью. Заинтересовывал сияющей в груди Божественной искрой. Она была отчетливо видна. Такая чистая. Трепетная. Манящая.

— Не прошу подчиниться, — шептала проникновенно. — Ты такой красивый. Свободолюбивый. Грозный. Непобедимый. Давай дружить?!

Ночь сменилась предрассветными сумерками. Уже и утренние лучи заглянули в окна. А сгусток силы Демиургов продолжал проверять изможденных людей на прочность.

— Хочешь стать его истинной? — громыхнуло в ушах так, что из носа хлынула кровь.

— Нет, — ответила твердо.

— Почему? — не отставал дотошный голос. — Разве не об этом мечтала?

— Нет, — продолжила настаивать на своем. — Вы говорите о моих мыслях, чувствах и устремлениях. Я давно их открыла графу де Бре. Ничего не утаила. Так что данный вопрос следует задавать мужчине. Девичье сердце доверчиво распахнуто и находится в его руках.

Пламя прекратило буйствовать и с интересом воззрилось на меня.

— Какая отчаянная иномирянка, — зажурчало удивленно.

— Не побоялась выступить против Высших, — проскрежетало заинтересованно.

— Сражалась до победного конца, — прошелестело уважительно.

— Все маги в округе пришли на подмогу, — прозвенело пораженно.

— Достойны! — грянуло басовито.

Божественное пламя преобразилось. Рассыпалось золотистыми искрами по комнате, благословляя и нашу пару, и бесконечно уставших друзей.

На этом сознание отключилось, и я рухнула на подушку. Но даже в полубессознательном состоянии не позволила оторвать себя от Адриана. Так и уснула на его плече.

Адриан де Бре

Что ощущает маг в момент выгорания? Вспышку дикой боли и резкое погружение в леденящую беспросветную тьму. В другой мир. Лишенный тепла и света. Забот и проблем. Чувств и эмоций. И сколько ни броди, не найдешь ни окон, ни дверей, ни лазеек, ни тайных ходов. Ты — узник, запертый в клетке без прутьев и стен. На веки вечные.

Начинает терзать жалость к себе. За что столь суровое наказание? Чем заслужил? Остался сиротой в семнадцать лет. Через год взвалил на себя заботу о графстве. Крутился бешеным зайцем, пытаясь совместить заботу о подданных с учебой в Академии стихий. Восемнадцать единиц дара — это не шутки. Нужен железный самоконтроль, обширные знания и постоянная практика.

Десять пунктов земли и восемь огня. Столкнулся с непростым выбором образовательной программы. Но чаша весов все же склонилась в сторону боевого факультета. Почему именно его? Из-за войны. Противостояние шло долгие годы. Ни шатко ни валко. Но именно моя земля первой встречала войска аларийцев.

Кровь. Смерть. Боль. Эти слова употреблялись гораздо чаще других. Не радовал ни богатый урожай, ни рост поголовья скота, ни снижение налогов. Мирная жизнь давно забылась и отошла на второй план.