Книга Второе дыхание, страница 216 – Любовь Негодяева

— Прощай, неудачница, — усмехнулась ехидно и величаво удалилась.

Отчаянно удерживала сознание, прислушиваясь к удаляющимся шагам, но очередной приступ заставил разум померкнуть.

— Очнись! Да очнись же ты! — сквозь туман небытия просачивался тонкий встревоженный голосок.

— Соберись, иначе не сможем помочь! — настойчиво требовал второй.

— Открой глаза, — уговаривал третий. — Нужно точно знать, чем тебя опоили. Камни пещеры частично блокируют магию, мы не можем распыляться впустую.

Невероятным усилием воли выполнила просьбу и ошарашенно уставилась на подруг по несчастью. В блеклом свете магического светлячка разглядела трех девушек: блондинку, брюнетку и рыженькую. Если судить по миниатюрной комплекции, все являются человечками.

— Слава Богам, пришла в себя, — склонилась поближе медноволосая. — Меня зовут баронесса Карисса де Торви. Знаешь, какое зелье выпила?

Утвердительно моргнула.

— Сейчас начну перечислять все, что вспомню. Постарайся подать знак, когда услышишь правильное название.

Она долго перебирала различные наименования. Практически отчаялась, когда прозвучало слово «мермас».

Поспешила прикрыть веки.

— Ты беременна? — в ужасе прошептала узница с белой косой. — Какой кошмар! Кстати, я — маркиза Николетта де Вилье. Что будем делать? Предлагаю начать с промывания желудка. Потом перейдем к чистке организма.

— Розалинда, непризнанная дочь виконта де Раньяна, — представилась обладательница растрепанной черной шевелюры. — Нужно срочно подпитать ребенка и предотвратить отторжение плода. Для этого необходимо знать магию матери.

Чуть не застонала от ужаса. О моем редком даре давным-давно никто не слышал. Смогут ли неожиданные спасительницы помочь?

Вскоре узнала, что рыжуля — сильный маг огня, светленькая — земли и воды, темненькая — воздуха и целительства. Первая держала ладони на животе и поддерживала малыша. Лекарь с водником общими усилиями вымывали отраву из организма.

В какой-то момент по телу прошла болезненная судорога. Двигательные функции не вернулись, но удалось заговорить и поблагодарить неожиданных спасительниц. Заодно поинтересовалась, как они здесь оказались.

— Мы — последние представительницы древних родов хранителей, — просветила девушка-бастард. — Четыре месяца назад мирно жили в Теренции. При дворе не блистали. Подруги из-за отсутствия лишних средств, а я ввиду подпорченной родословной. Отца убили сразу после моего зачатия, поэтому мама не успела сообщить о дочери и оформить признание. Но это не помешало злоумышленникам разыскать носительницу редкой крови, выкрасть из пансиона и притащить сюда. Представляешь, я недостаточно хороша, чтобы носить знаменитую фамилию и наследовать имущество, но гожусь для того, чтобы сгнить в тюрьме, затерянной на задворках мира.

— Оставленные погибшими родителями деньги опекун вложил в мое образование, — приступила к рассказу о себе Карисса. — После окончания Академии артефакторики приехала в столицу. Планировала получить ученую степень и заняться преподавательской деятельностью. Сдала сложнейшие экзамены. Опубликовала работы с последними достижениями. Оставалось выступить с докладом на Научном совете.

Шла туда с трясущимися коленями и зудящим предчувствием надвигающейся беды. Сначала заикалась перед знаменитыми теоретиками. Потом встряхнулась и вступила в яростную борьбу за право женщины заниматься исследовательской деятельностью наравне с мужчинами.