Книга Три старушки под окном, страница 51 – Елена Казанцева

Амбал и правда уже набрал скорости и приближался к машине.

Тимофеевна надавила на педаль газа, и машина рванула вперед.

Позади у них осталась деревня. В руках у них был мешок со странными артефактами, и что со всем этим делать, они не знали.

— Куда ты несешься, дура старая! – на заднем сидении кудахтала Марковна. – Я уже посидела из-за вас.

— А лучше было бы, если бы этот ненормальный нас сдал в дурку, санитары потом бы потешались над нашими рассказами, что мы не из их эпохи, что мы Горбачева ещё живым видели? – язвила Тимофеевна, крепко держась за руль.

— Лучше в дурке на койке лежать, чем с тобой по ухабам прыгать, - на очередной кочке Марковну подкинула, и она чуть было не прикусила себе язык.

Тимофеевна рулила лихо, только вот её же никто не учил, что кочки надо объезжать, поэтому машина козлом скакала по ухабистой дороге. А позади им сигналила машина. То Василий Кондратьевич догонял их на своем внедорожнике.

— Гони! Гони! Гони! – орала заполошно Фроловна, нервно оглядываясь назад.

Авто Василия Кондратьевича приблизилось. Теперь они, почти сравнявшись, гнали по ухабистой дороге.

— Они нас догонят и убьют, - завывала на заднем сидении Марковна.

— Не убьют, - и Тимофеевна лихо перестроилась, подрезав внедорожник Кондратьевича.

— Они не убьют, так ты нас убьешь! – продолжала выть Марковна, которую мотало по салону от резких перемещений машины по дороге.

— Тимофеевна, ты где так водить научилась? – Фроловна висела, вцепившись в потолочный поручень.

— Я кино про шпионов люблю, там так всегда водят, когда уходят от погони, - Тимофеевна лихо крутила рулем, пытаясь не дать машине Кондратьевича проскочить вперед и перекрыть им дорогу.

— Остановись, меня сейчас вырвет, - простонала Марковна.

— Не могу, стекло опусти, - командует Тимофеевна.

В этот момент машины почти ровняются. Амбал, что сидит на переднем сидении, опускает стекло и начинает что-то кричать сквозь пыль и шум колес, а Марковна опускает стекло, чтобы избавится от содержимого желудка. Фонтан рвотных масс был так обилен, что окатил амбала с головы по пояс.

— Да чтоб вас!!!! Уе…на…в…

Машина Кондратьевича притормозила, и Тимофеевна вырвалась вперед. А впереди была трасса.

— Тимофеевна, там машины, - испуганно тыкала пальцем вперед Фроловна.

— Не ссы, подруга, прорвемся, - орала Тимофеевна, направляя машину вперед.

— Сейчас мы все ссаться будем, - пробормотала Марковна, вцепившись в потолочный поручень. – Тимофеевна, мы подгузники не одели.

Тимофеевна ловко вырулила на трассу, подрезав большегрузную машину, та сердито просигналила, и из окна авто донеслась брань и неприятные сравнения женщин за рулем с обезьянами с гранатой. Но Тимофеевна гнала, не обращая свой взор на других участников движения, потому что её вновь догонял Василий Кондратьевич. Толи машина у него была мощнее, толи водил умело, но они почти поравнялись, когда из окна высунулся амбал с двустволкой.

— Они по нам будут стрелять, - взвизгнула Марковна, а Фроловна побелела.

— Не ссы, сейчас я их сделаю, - весело воскликнула Тимофеевна и резко перестроилась в другой ряд. Потом увеличила скорость и вновь перестроилась в другой ряд. На современном жаргоне автомобилистов это называется «играть в шашки».

Но и Кондратьевич не отставал. Его амбал пытался прицелиться, но машину на скорость болтало, и пули рикошетили от асфальта. В кого-то попала шальная пуля, лопнуло колесо, и позади раздался звук бьющегося стекла. Кто-то не успел затормозить, глухой удар, ещё один удар. Виз тормозов.