Книга Демон по подписке, или Контракт на попаданку, страница 41 – Дарина Ромм

— Нет! — выдохнула я сквозь зубы, понимая, что подписываю себе смертный приговор. И повторила, стараясь, чтобы голос не задрожал и не выдал мой ужас. — Я отказываюсь. Лучше рудники…

— Нет, — одновременно со мной произнёс очень знакомый насмешливый голос за спиной.

— Я отказываюсь от такой «милости», — как могла гордо выплюнула я в сторону толпы зрителей. — Судья Арайский, можете не продолжать — лучше на рудники, чем к этому…

— Ну что вы, Марина Александровна, зачем вам на рудники? — перебил меня всё тот же весёлый голос позади. — Там грязно, холодно, да и компания не слишком подходящая для дамы.

— Господин ректор⁈ — вдруг залепетал толстяк дрожащим голосом и затравленно уставился на того, кто стоял за моей спиной. Всё самодовольство и наглость слетели с мерзавца буквально в один миг. — Мы не ожидали вас так рано…

Физиономия Арайского снова пошла пятнами. Дряблый мясистый подбородок мелко задергался, а руки с короткими волосатыми пальцами принялись суетливо бегать по пуговицам камзола.

— Не ожидали и поэтому решили заняться самоуправством, декан? — вкрадчивые интонации в голосе за спиной напугали даже меня, а уж толстяк просто затрясся, как осинка на ветру. Ты смотри, а ведь только что был таким важным и самоуверенным. Куда сейчас всё девалось?

На плечи мне легли горячие мужские ладони — я даже сквозь ткань дерюги почувствовала их успокаивающее тепло. Мягко сжались, и по моему измученному телу прокатилась волна облегчения. Потянули назад, предлагая мне опереться на широкую, знакомо пахнущую грудь. Я поддалась и чуть не застонала от облегчения, так мне сделалось хорошо и спокойно. Откинула голову, удобно пристроила затылок и закрыла глаза — сил уже просто ни на что не осталось.

— Так вот, декан Арайский, эта дама — моя протеже и прибыла в академию по моему личному приглашению, — голос над макушкой звучал мягко, но так, что было ясно, что мужчина просто в бешенстве. — И, обойдясь с ней подобным образом, вы поступили очень… недальновидно.

— Господин ректор… — заблеял толстяк, но его перебила команда:

— Молчать! Завтра жду вас с объяснениями в своём кабинете, декан. Вас и остальных судей. Предупреждаю, что все виновные в этом происшествии будут сурово наказаны. Сейчас всем разойтись, территорию академии очистить от посторонних. Исполнять!

Толпа у помоста зашевелилась — люди, словно по команде, повернулись и стройными рядами и колоннами направились к воротам академии. Куда-то испарились адепты. Стоявшие отдельно от толпы богатеи тоже исчезли. Буквально несколько минут, и площадь вокруг помоста опустела — остались только я и мужчина за моей спиной. Стало так тихо, что я услышала стук сердца в груди, на которой лежал мой затылок.

Тогда я медленно повернулась к мужчине. Несколько секунд смотрела в глаза цвета мёда. Затем размахнулась и со всей силы влепила ему пощёчину.

Вложила в удар всё… Свои непролитые слёзы. Своё отчаяние всех этих дней. Страх, боль и обиду… И убийственное чувство безысходности… Всё вложила в эту пощёчину! У меня даже ладонь заболела, так сочно ему врезала.

— Господин Данский, я вас ненавижу, — проскрипела в красивое лицо и повернулась, чтобы уйти не знаю куда.

А он только радостно засмеялся. Поймал мою руку, поднёс к губам и поцеловал в ладошку.