Книга Я бегу по снегу босиком, страница 15 – Нани Кроноцкая

— Продолжай, что ты замер.

— Наследником он объявил Макса Амбу. Прилагая пакет документов, включая протокол генетической экспертизы. Максимиллиан — сын Гессера. И вдобавок — законный. Родители его были в браке ровно год, до убийства матери Макса браконьерами. Чистокровный он морф. И теперь — единственный наследник рода Небесных тигров. И покойнички наши знали об этом. Все, и старший, и младший усопшие.

— Гес привез его совсем малым ребенком. И прятал от всех своего единственного законного потомка. Согласитесь — не зря.

— Одного не пойму, — Савва, до сих пор молчавший, громко поставил кружку на стол, допив все до дна. — Если заказчик был мертв, отчего же убит Борис Игнатьевич?

— Это уже известно. Маричка принесла ритуальную клятву на драконьей крови. Ритуал должен был выполнен быть до конца. Смерть заказчика ничего не меняет. Когда я передавал ее темным, это было первым и главным признанием. Протокол я составил, лежит у меня в кабинете.

— Э! И откуда там всплыла драконья кровь?

Ладон поморщился. Это была не его тайна. С другой стороны — подробности происхождения Эрис все равно скоро станут известны. Пусть лучше от него, чем из вечно лгущих темных.

— Она на четверть дракон. Да, именно так я ее и сдал темным. Иначе ее не поймать никому — я вас уверяю.

Помолчали, делая попытку переварить все услышанное.

— Думаю, вот теперь дело «Триглы» можно смело считать завершенным. Хотя нам всем и больно и страшно, — Сэм за эту вот «бальную» ночь постарел на полвека, не меньше.

Он не притронулся к щедротам Деуса — так и сидел за столом в своем рабочем кресле, прямо по центру, мучительно потирая виски.

— Кстати, о нашем Темнейшем. Ты вообще хоть что-нибудь уловил в его потоке сознания? Кроме словоблудия. Я отвык от шифра в речи темных. Кроме того, как Авва прекрасен, мой мозг ничего не услышал, но и это не новость.

Статус и происхождение Клавдия позволяли вольное обращение ко всем иным этого мира. Теперь уже ко всем.

В ответ все устало промолчали.

— Негусто…

— А что ты хотел, сиятельный? Одни загадки, сплошные неизвестные. Никаких вводных. Предлагаю закончить этот коллективный мазо… акт, почтить память великого и разойтись по койкам, — Савва, как всегда, был практичен.

— К утру надо сформулировать текст запроса к аресту темными. Отдельно от Инков, отдельно от Света. Потрудитесь.

— Угу. И еще. По этому… панарицию на Востоке. Сав, что там у нас за хирургия?

— Я глянул уже. Есть кое-что, справку кинул вам всем. Камчатская заварушка больше всего подходит под это загадочное определение.

— Ненавижу тупые загадки, вечно этот Бес делает вид величайшей задачи Вселенной. Надменный осел. Кстати, Клавдий. Ты там пока никого не родил нам на радость, собирай барахлишко и езжай на Камчатку. Обживайся, мосты наводи, тропинки протаптывай.

— До октября.

— А что там у нас в октябре? Улетишь в теплые края вместе с птичками?

— У него жена рожает.

— У всех жены. Рожают даже время от времени. У некоторых — с завидным постоянством.

— Сэмушка, не у всех такие жены. Ты хочешь нас оставить с голой… совестью без штатного оракула? А она может. Уйдет в декрет с головой и вообще не выйдет. Это ты пока такой смелый, а как Ге вот в ту дверку войдет да как рядышком сядет, будешь кофеек ей наливать и в глазки заглядывать, — Савва явно говорил со знанием дела. — Клавдий, до осени ты уж управься. Сиятельной Ге нежный привет от всего Света, Инквизиции, и Сэм персонально тоже не разломится от привета самой прекрасной женщине этого мира. Ведь да?