Книга Я бегу по снегу босиком, страница 8 – Нани Кроноцкая

— У всех вас в руках билеты категории «А», размещение в синем секторе ложи, стол на десять персон, гала-ужин. Заранее прошу всех присутствующих: сиятельные, держите себя в руках, ничему не удивляйтесь, если не будете в силах совладать с эмоциями, — Сэм бросил выразительный взгляд на дам, — подайте мне знак, и я верну вас в исходную локацию. Да, имейте в виду — вход в Сумерки на балу закрыт, биться сущностями о защиту не стоит. Вопросы?

— Где мой билет? — вопрос Клавдия не был шуткой, но все улыбнулись.

— В Вашем кармане, сиятельный. Левом. Вы ведь левша? — Сэм во всем был инквизитором.

— Да, благодарю вас, сиятельный сьерр Самаэль. Теперь я спокоен.

Сэм встал, поднял со стола неизвестно откуда взявшийся высокий бокал с шампанским, пригубил его и со словами: «Ну, поехали!», резко развернувшись, шагнул в тень возникшего за спиной портала.

Да, только величайшие из великих могут перемещаться вот так, минуя Сумерки, в пространстве реальности.

Если бы нашелся некто, решивший спросить вдруг у Клавдия, не ощутил ли он эффект перемещения во времени на обещанные Сэмом «двести лет назад» — Клавдий ответил бы отрицательно.

Нет, не было в происходящем вокруг ничего от балов позапрошлого века. Ни эстетики, ни атмосферы. Даже запах был совсем не тот.

Тем не менее, «Главный бал страны», «Событие года» — Венский бал, проводимый уже без малого два десятка лет — был настоящим. Лишь времена изменились. И нет никакого смысла сравнивать эпохи: бал есть бал.

Одно оставалось неизменно — люди. Все так же горели глаза молодых дебютантов, все так же блестели улыбки прекрасных девушек. Даже оплетавшие паутиной интриг древние пауки — вершители судеб этого маленького мира — оставались неизменны. Стало быть, изменились лишь декорации.

Важный официант в белоснежной рубашке под фартуком с эмблемой «Метрополя» проводил гостей в синий сектор. Белые скатерти, белые кресла, и сиротливое воспоминание о домашнем ужине, ждущем его на милой сердцу кухне.

Клавдий тоскливо обвел взглядом все это белоснежное вип-великолепие и, к своей нечаянной радости, заметил первое за этот вечер симпатичное ему лицо. За столом, изучая меню, восседал облаченный в демократичный смокинг белокурый и синеглазый красавчик. Он производил впечатление совсем молодого юноши, и только некая хищность в чертах лица вкупе со звериной плавностью движений выдавала в нем многоликого.

Ладон, а это был он (ну конечно!), отличался решительно-жизнерадостным нравом и обычно умудрялся найти позитивные стороны во всем, происходившем вокруг. Вот и сейчас при виде представительной делегации Сэма лицо молодого дракона озарилось радостной улыбкой, сделавшей его еще младше.

— Оу, Ладонис! — утробно промурлыкала Эмили Сирин, стоявшая за плечами Клавдия. — Свет мой, я так скучала.

Качнув увесистыми бедрами, обтянутыми соблазнительным платьем цвета индиго, она стремительно перетекала на место по левую руку от продолжавшего сиять блондина.

Сунула ему под нос обтянутую длинной перчаткой руку для поцелуя. Этот жест не подразумевал отказа, но хитрый Ладон лишь чувственно пожал ей пальцы, сделав вид, что пристально разглядывает надетый поверх перчатки огромный перстень с крупным сапфиром. Эмили прищурилась, поджав губы, хищным взглядом пробежалась мужественной фигуре красавчика (такими глазами голодные мужчины рассматривают свежий стейк с кровью) и томно произнесла: