Книга Кому дракона с крыльями и замком?, страница 29 – Елена Саттэр

Посетительница из кабинета уже вышла и подозрительно оглядела наше чаевничество, ушла. Мой добровольный помощник запустил следующую. Моя собеседница махнула ей рукой:

— Иди, милая, я пропускаю.

В итоге к коменданту она так и не пошла. Мы с ней вместе составили с ней заявление в другой кабинет, и я поклялась жабой, что лично прослежу за ходом её дела.

И ещё человек пять затормозили около моего стола, зацепившись за печеньки. Даже когда блямкнуло с площади два часа, и комендант вышел из своего кабинета, очередной посетитель с чашкой в руках даже не дёрнулся к выходу, но сжался, проследив ревнивый взгляд Сержа на печеньки в миске, исчезающие с оглушительной скоростью.

Но видимо, истерику по поводу своего недокормления устраивать коменданту было зазорно, и он, выдыхая из ноздрей дым, улетел на охрану границ нашей Родины.

А к нам заглянул и добровольный помощник Казимир, за что был тоже вознаграждён своей порцией горячего напитка.

До конца рабочего дня в меня столько чая влилось, что моя жаба, мне кажется, в настоящем чайном озере в окружении лотосов стала плавать, зато печенькам пришёл кирдык.

Кончились они напрочь. Последними с заявлениями в руках я побежала налаживать контакты с соратниками по ратуше. Вчера был кнут и угрозы, сегодня пряники. Прекрасный метод достижения результатов. Заодно я выяснила, что у одного из моих коллег непереносимость рыбы, второй любит мёд. Третий обожает творожную начинку.

Когда я ехала домой, просматривала записи, которые вела по ходу слушаний.

Я сама себе напоминала баранью шкуру. Ту самую — Золотое руно. Почему это название пошло? Потому что именно так добывали золото в Грузии. В золотоносных районах в ручей клали шкуру барана, и золотые крупинки оседали в шерсти. Не надо тебе горбатится. И вот я сейчас сидела и переливалась, как та шкура барана. Столько важного успела выхватить из речей теперь уже моих лучших друзей.

И главное. Трам- пам- пам. У меня на руках было уже с десяток потенциальных невест, с именами, титулами и наклонностями.

А когда я прибыла, на крыльце сидела Санни.

— Привет, а ты что здесь делаешь?

— Тебя жду.

— А где все?

— А никого нет. Папа не прилетал ещё, а бабушка с тётей Натой уехали. Их на какой-то приём позвали.

— А ты совсем одна?

— ну да. Я же большая и ответственная. И уже вполне самостоятельная.

Я стояла и хлопала глазами на эту большую шестилетнюю девочку, повторяющую слова взрослых. Кого она мне напомнила? Героиня из сказки. Какой?

Вспомнила. «Серебряное копытце». Помню, в детстве читала и удивлялась. А потом, когда в десять стала держать на себе дом, успокаивала сама себя:

— Таня, тебе уже 10. Ты уже большая. Вспомни ту Даренку из Серебряного копытца». Дедушка оставлял ее дома одну на несколько дней с кошкой Муренкой. А она всё убирала, еду готовила и пирожки, как мать их, пекла. В шестилетнем возрасте-то.

— Санни, а на ужин у нас что-нибудь имеется?

— Да. Повариха сготовила. Служанка на стол накрыла на папу и на нас и ушла. Папа разрешает так. Говорит, без прислуги поужинать могу. Бабушка сказала, что они поздно вернутся. Служанка салфетками прикрыла перед уходом, чтоб не обветрилось.

— И что там под салфетками?

— Овощи.

— Фу. Давай так: я сейчас к себе схожу, переоденусь во что-нибудь, руки вымою, и пойдём-ка мы ужин готовить.