Книга Развод. Я (не)твой подарок, дракон!, страница 60 – Юлианна Винсент

— Ты отдашь мне камень, — процедил Эдрик, прожигая меня взглядом. — Добровольно или нет — мне все равно. А потом я лично прослежу, чтобы твой дракон получил твое тело по частям.

— Оригинально, — фыркнула я. — А ты, я смотрю, не только любовник, но еще и фантазер.

Он дернулся ко мне, и в этот момент карета резко остановилась. Так резко, что мы оба едва не вылетели с сидений.

Снаружи донеслись крики, ржание лошадей, а потом — тишина. Звенящая, страшная тишина.

Дверца кареты распахнулась, и на пороге возник Рикард. Он был в человеческом обличье, но чешуйчатые узоры плясали на его скулах, а глаза горели тем самым золотистым огнем, от которого кровь стыла в жилах.

В руке он сжимал меч, с лезвия которого капала кровь — видимо, кучера.

— Выходи, — прорычал он нечеловеческим голосом, глядя на Эдрика.

Эдрик дернулся, пытаясь схватить меня в заложницы, но Рикард был быстрее. Он рванулся вперед, вышвырнул любовничка из кареты, как нашкодившего котенка, и протянул мне руку.

— Цела?

Я вложила свою ладонь в его и почувствовала, как браслеты на наших запястьях вспыхнули в унисон.

— Более, чем, — ответила я, выбираясь наружу. — И, кажется, только что получила ответы на все вопросы.

Рикард кивнул и перевел взгляд на Эдрика, который поднимался из снега с перекошенным от ярости лицом.

— А теперь, ублюдок, — прорычал дракон, — поговорим по-мужски.

Рикард

Я почувствовал это раньше, чем услышал крик. Раньше, чем Марианна влетела в кабинет, бледная как снег за окном, и выпалила: “Галю похитили!”

Толчок. Острый, как заноза под сердцем. Браслет на моем запястье полыхнул золотом, обжигая кожу, и в голове вспыхнуло чужое ощущение: страх, холод, чужие руки.

— Рик? — Герард встал из-за стола, но я уже не слышал.

Внутри что-то рухнуло. Рухнула та плотина, которую я строил годами, с детства, с первого неудачного оборота, когда мой дракон едва не сжег половину замка, а отец сказал:

“Ты опасен. Научись держать его в узде, или он убьет тебя”.

Я держал. Всю жизнь держал. Принимал полуформы, выпускал зверя только в бою, только под контролем, только дозированно. Полный оборот был запретным плодом, который я даже не пробовал — боялся не вернуться.

А сейчас бояться было некогда.

Герард и остальные видели только вспышку. Яркую, золотистую, от которой в камине взметнулось пламя.

Я едва успел открыть и выпрыгнуть в окно, как мое человеческое тело исчезло, разорванное на части той силой, что рвалась наружу.

Я обернулся в дракона. Огромного, чешуйчатого, с крыльями, что пробили бы потолок и разнесли половину крыши, не покинь я замок. С пастью, полной клыков, и глазами, в которых горел яростный, золотой огонь.

Это было странно. Непривычно. Больно и сладко одновременно. Словно я всю жизнь ходил в тесной одежде и вдруг скинул ее. Воздух стал гуще, запахи острее. Я слышал запах ее страха, тонкий, горьковатый, тянущийся по дороге на юг.

Не медля ни секунды, я рванул в небо.

Зимний ветер бил в морду, леденил чешую, но внутри горел огонь. Я не думал о том, как лечу, как держу равновесие, как не врезаюсь в скалы — крылья знали сами. Словно я делал это тысячи раз до того, как научился ходить.

Через пару минут яростного полета, я заметил черную точку на белом снегу, несущуюся по лесной дороге. Я сложил крылья и рухнул вниз, как камень.