Книга Cкандальный развод. Ты пожалеешь, дракон!, страница 73 – Юлианна Винсент

А я расхохоталась ей вслед, подтверждая ее мнение обо мне.

— Ты жестокая, — потанцевав ко мне, заметил Эвергрин.

— Это было только начало, — хитро подмигнув ему, ответила я и отправилась готовиться ко второму акту нашего марлезонского балета.

Марианна

Чтобы подготовиться ко второму акту мне пришлось полностью сменить образ с яркой цыганки на бледное, почти прозрачное приведение.

Мы нашли мне белую ночнушку, на голову я нацепила что-то похожее на марлю и спряталась за шторой в спальне молодоженов до того, как они приехали в поместье.

Благо Аластор предусмотрительно перед этим распустил прислугу, оставив только управляющего Дэвида, который оказался сладкой булочкой и был рад не только пустить меня в дом по старой памяти, но еще и предоставил все необходимое для того, чтобы задуманный нами спектакль удался.

Ближе к ночи, когда уже довольно стемнело и на небе взошла луна, дверь в спальню отворилась и на пороге появился Аластор с томно хихикающей Урсулой на руках.

Стоя в своей засаде, я могла видеть происходящее в комнате только через узенькую щелочку, которую организовала себе в прорехе между шторин, но даже этого отверстия мне было достаточно для того, чтобы все рассмотреть и, чтобы внутри меня образовался рвотный позыв от увиденного.

А я то, наивная, полагала, что меня никак не тронет эта картина. Тронула. Очень даже. Так, что захотелось мелкую вертихвостку задушить, а мерзопакостного ящера пустить на суп.

«Господи, Маргарита, ты что ревнуешь?» — спросила я сама себя, пока Аластор нес свою новоиспеченную жену на кровать. Мне даже стало не по себе от таких мыслей.

Очень бы, конечно, мне хотелось, чтобы он кинул ее на кровать с размаху и желательно, чтоб промахнулся, но я постаралась успокоить непонятно откуда взявшуюся ревнивицу внутри себя и дождаться своего выхода.

Аластор нежно опустил Урсулу на кровать и присел рядом, взяв ее руку в свою.

— Ну, вот мы и дома, любимая, — проговорил он, делая вид, что с нежностью смотрит на нее.

— Да, милый, — ответила Урсула, обвивая его шею руками. — Я так счастлива. Наконец-то! Наконец-то, ты только мой и никто нам больше не помешает!

«Ну, на твоем месте, милочка, я бы не была так уверена! — ехидно подумала я про себя и отметила, что счастья в ее голосе нет ни капли, одна холодная расчетливость и алчность. — Вот стерва!»

— Я тоже, сладкая моя, — ответил Аластор, изображая максимальную влюбленность и зарылся лицом ей в шею, но я видела, как он ищет глазами мое присутствие. — Я тоже!

— Как же долго я этого ждала! — слегка хриплым от удовольствия голосом, проговорила змеюка, закатывая глаза от удовольствия. — Алик, милый, у меня к тебе есть вопрос…

«Как зе долга я этава здала!» — закатив глаза, передразнила я ее мысленно и тут же одернула себя, потому что рисковала заиграться и раскрыть свое укрытие раньше времени.

— Конечно, любимая… — немного оторвавшись от своего увлекательного елозенья по змеиной шее, отозвался Аластор.

Урсула внимательно посмотрела в глаза дракону и я кожей почувствовала, что она сейчас собирается применить на нем свои чары, только в этот раз он был предупрежден и заранее вооружился защитным артефактом, на всякий случай.

— Ты же не поверил этой чокнутой гадалке? — невинным голоском спросила пигалица, скромно надув губки.