Книга Блондинка и Серый волк, страница 107 – Марианна Красовская, Нани Кроноцкая

Стряпчий даже глазками заблестел от удовольствия.

— И еще одно, сиятельный сьерр Рудольф: ходят слухи, будто в столице явился маг силы необыкновеннейшей. Развлечения ради проводит турниры с нашими остолопами и одним пальцем их всех просто в труху… унижает. Поговаривают, будто он тоже метит на трон. В столице не ввязывайтесь в эти истории, я вас прошу. Где мы возьмем потом неуниженного наследника?

Агата даже подпрыгнула:

— Маг? Молодой? Лысый или, может, блондин? — неужели за ней все же пришли? По местным меркам все великие и бессмертные были совсем «молодые». Разве что сам сиятельный гёз Клавдий, блистающий драгоценной лысиной последние пару-тройку тысяч лет, мог сойти за «зрелого».

— Нет, доподлинно я ничего не знаю, но таких примет вроде бы не было. Обычный на вид, но силища в нем… Но вам следует поспешить! Рудольф, заклинаю тебя, будь осторожен!

Волк, молча слушавший их диалог, громко скрипнул зубами, коротко поклонился и вышел, за руку прихватив слегка растерявшуюся Агату.

Какой он, однако… разноплановый. То смешливый мальчишка и хулиган, то страстный любовник, а теперь вот — наследник. Одним только взглядом наводивший страх даже на бетонное племя юристов. Оперяется парень и полетит высоко… У нее была чуйка.

Быстро перебирая ногами вслед молчаливо тянущему ее волку, Агата все размышляла над всем услышанным. От обилия информации пухла голова.

— Куда ты меня тащишь, Рудольф?

— Котенок, у нас куча дел. Ты же слышала? Пришла пора завоевания мира. А для начала нам надо бы лошадей напоить, собрать вещи и обсудить кое-что. Кстати…

Он вдруг остановится так резко, что Агата врезалась в него, будто в стену. Развернулся к ней, притянул к себе, жадно и пристально вглядываясь прямо в лицо.

— Эти все… блондины и лысые молодые мужчины — твои любовники? Хотелось бы знать, кого мне предстоит убить в поединке.

И он совершенно не шутил. Хотя Агате и было невероятно смешно, но смех свой пришлось сдержать. Ревнует? Как многое с ней происходит впервые… Пашу невозможно было даже представить себе ревнующим — это все равно что лающий соловей. У Ведуна все было красиво. Никаких тебе страстей, низких и животных, никаких чувств «на грани».

А она всегда ощущала себя просто кошкой. Красивой, сильной, хищной, но — из тех, кто утробно мяукает и призывно отводит хвосты, приманивая самцов. Ей было приятно.

— Смешной ты, Рудик. Это мои учителя, близкие друзья и соратники моих родителей. Они все почти братья. С самого моего рождения эти великие маги нас учили и растили. А мои друзья — их кровные дети. Родители нас не бросают, ревнивый волчок. А любовники… нет у них ни сил, ни возможностей преодолеть разрыв междумирья. Веришь?

— Я бы преодолел. И пришел за тобой непременно.

Ему явственно полегчало, хотя он и оставался серьезен. Снова развернулся, схватив ее за руку, и они понеслись быстро к дому.

Рудольф собирал сумки сам — он ведь оруженосец, верно? С удовольствием откинул в стороны тигрицины наряды — в дороге они были ни к чему, а в столице он уж точно купит Агате что-то куда более роскошное, чем платье из провинциальной лавки. Нет, не жалко. Отдаст дочке домовладельца.

Усадил Агату за стол, налил ей чаю, переоделся в удобный дорожный костюм, сунул в мешки хлеб, сыр и остатки щедрого завтрака. Туда же очень осторожно уложил флакон с водой из волшебного источника. В таком рискованном деле всегда пригодится. Привел и оседлал лошадей.