Книга Блондинка и Серый волк, страница 67 – Марианна Красовская, Нани Кроноцкая

Яги! Ну за какие такие грехи все мужчины вокруг бедной-несчастной тигрицы разговаривали такими обворожительными голосами? От одного только бархатного тембра хотелось мурлыкать. Да это змей-искуситель какой-то, а не волк!

— Что «не буду» или что «не сразу»? Садись, садись, драгоценный мой. Ешь и рассказывай всё, только честно. А то ведь совсем заврался, как я посмотрю. Оставляй, кстати, эту привычку. Я ведь тоже совсем не слепая. Ешь.

Волк опасливо покосился на стул. Нет, в силах своих он не сомневался, хотя с красавицей драться совсем не хотелось.

— Мне не нравится твое «всё», любопытная моя госпожа. Тебе как, с сотворения мира рассказывать? Знаешь ли, у меня были планы сегодня получше. Например, познакомить тебя с твоей лошадью. Или лошадь с тобой, это как посмотреть еще. Ай!

— Вот что, киса, если тебя так смущает моя финансовая независимость, предлагаю заключить новую сделку. Очень выгодную, между прочим.

Волк примеривался к десерту. Он не был сластеной, но ягодный торт со сливками, м-м-м… Какой хищник откажется от такого?

— Выгодную для кого, песик? Только не ври, — Агата вдруг сделалась совершенно серьезной и поглядела на него… пожалуй, трогательно-беззащитно. — Обещаешь? Руд, я хочу, чтобы ты понимал: в этом мире я доверяю только одному тебе. А ты — мелкий трусливый лгунишка и даже вор немножечко. И что мне с этим делать?

«Мелкий трусливый лгунишка» отчетливо скрипнул зубами.

— В «этом мире», значит. Я так примерно и думал. Моя болтливая госпожа, чувство самосохранения тебе вообще не знакомо? Глупости это все, да? Удел слабаков, не иначе. А может, я лгу тебе для твоей же безопасности?

— Значит, все-таки лжешь. Ну вот, парень, карты на стол выложены, пора нам с тобой поговорить совершенно серьезно. Сделка, говоришь? — Агата прищурилась, полыхнув льдистым пламенем светлых глаз. — Раз так, я предлагаю начать с ритуала. На крови, как тебе? После твоего фокуса с королевской невестой я право имею, мне кажется.

Волк ощутимо поежился. Кровь он любил, но чужую… пускать. Свою Руд берег, лишней у наследника не было.

— Мало ты кровушки моей попила, жестокая госпожа? Зачем вот так сразу? Я могу просто поклясться Пресветлой Небесной Семьей, и ты сразу поверишь, ведь правда?

И вид сделал совершенно невинный, Агате прямо захотелось стащить с него рубаху — нет, не для того, чтобы в очередной раз поглазеть на молодое поджарое тело, а поглядеть, не растут ли там, между лопатками, крылья.

— Руд, не зли меня. Давай сюда руку и не скули.

Может быть, Агата училась в школе неважно, но такие основы магии, как клятву «Смертельная правда» она знала назубок. Ибо в жизни все бывает. И теперь тихо радовалась своим знаниям, вытаскивая из ножен привычный уже нож. Неказистое это оружие, выданное ей бабкой Аленой, видело уже столько приключений, что впору было дать ему собственное имя. К примеру, гильотина. Нет… Кортик… банально. Хм-м-м… Волчий клык? Пафосно. Надо назвать его Васей. И говорить всем потом: я шла с Васей… или: Мы с

Васенькой были вдвоем.

Кровную клятву Агата озвучила радикально: «не лгать друг другу совсем никогда», но серый плут и здесь выпросил себе послабление. «Если правда грозит чьей-то жизни, то просто молчать». Да он так вообще онемеет!