Книга Колючее счастье для дракона, или Инквизиции требуется цветовод, страница 145 – Марианна Красовская, Нани Кроноцкая

А ведь Сонечка только на днях собиралась переносить их в открытый грунт, даже место им подготовила возле пруда на солнечном холмике!

В груди стало больно и тесно. Всего лишь растения, хоть и редкие, но для Сони они стали совсем родными. Она скорбела сейчас не о том, что уничтожены бесценные виды, а от того, что невинных малышей убивали с такой яростью.

Да кто же мог сотворить такое жестокое варварство!

Пошатываясь и сглатывая слезы, девушка вышла наружу и застала интереснейшую картину. В окружении мужчин стояла очень высокая и крупная девушка-дриада. Все, как положено: с великолепной античной фигурой, сильными и крепкими руками и ногами, копной зеленых толстых жгутов на голове и совершенно безжизненным лицом.

— Где вы были во время зеленой вахты, Юна? — строго вопрошал дриаду темноволосый мужчина в строгом черном костюме. — Расскажите нам по порядку.

— Я… — голос девушки звучал пусто и глухо. — Нас отправили с моим… парнем, Глимом, в сектор полового размножения. И… у нас ничего не получилось. Я убежала. Думаю, Глим меня не любит. Я видела, как к нему пришла другая женщина… И…

— Что вы сделали, Юна?

— Не помню, все как в тумане. Мне было очень плохо. Я словно провалилась в колодец с навозом. Не помню почти ничего.

— Разорванная связь у дриад, да к тому же в период спаривания, крайне негативно влияет на сознание. Дриады способны впадать в неконтролируемое бешенство, — занудным голосом сообщал присутствующим Самвел. — Правда, иногда их просто вырубает от избытка чувств.

— Юна, мы вынуждены вас поместить в изолятор под арест до тех пор, пока не разберемся с произошедшим.

Соне вдруг стало остро жаль эту несчастную. Она-то знала, что это такое, когда тебя не любят. Дриада равнодушно кивнула, один из мужчин в черном костюме протянул к ней руки и…

— Она не виновата! — раздался торопливый голос от второй оранжереи. — Это я сделал.

— Что «это» и кто там такой у нас «я»? — обернулся к нему Виктор.

— Все поломал. Я Глим, тот самый. И я… тоже впал в бешенство. Все, как вы тут и сказали. Разрыв связи, ярость, безумие. Тут была Софья Ореховна, и при ней я терпел, а потом… меня словно пеленой накрыло. И я… неконтролируемо все вот это, бабах, шмяк, бумбум. Юна не может быть виновата, я ее даже не видел, Ореховна подтвердит: когда она зарисовывала цветение «монструмов», моей девушки тут уже не было.

— Прекрасно, — пожал плечами Виктор. — Виновный найден. И поскольку он у нас абсолютно вменяем, его ждет исключение из Академии и депортация на родину, а там скорый суд.

Крупная дриада смотрела на своего бывшего парня с такой смесью изумленного восхищения, словно он только что тут пышным цветом расцвел, а потом сразу же заплодоносил.

Соня же, глядя пристально на обоих зеленоволосых, не верила никому.

— Девушку тоже пока в изолятор, — распорядился Сильвер уверенно. — До конца периода размножения. Во избежание срывов с последствиями. Соня, ты иди, сейчас не твоя смена. Нам тут есть чем заняться, да и работа утилизатора не самое интересное зрелище, отдыхай.

И осталась бы, несмотря ни на что, но наткнулась на пристальный взгляд одного из тех в костюмах. Красивый мужчина, крупный, черноглазый такой. А смотрит, словно насквозь ее видит. От таких лучше держаться подальше. Слишком много в последнее время в ее жизни появилось красивых мужчин.