Книга Колючее счастье для дракона, или Инквизиции требуется цветовод, страница 153 – Марианна Красовская, Нани Кроноцкая

— И любовными утехами предпочитаю заниматься долго и медленно.

Соня собралась было что-то ответить, даже вдохнула, но порыв ее этот начисто перекрыл поцелуй.

Каждый их поцелуй для нее был новым маленьким откровением. Каждое прикосновение свежим открытием. Вкусный, какой же он вкусный и всегда разный! Сегодня это был вкус сладкой нежности, тонкий, как фруктовый букет их шампанского, чувственный, как игристые пузырьки.

Они словно купались теперь в целом фонтане бесценного и золотистого вина, как малые дети, вдвоем.

Шелковый мох под спиной, такой же приятный и нежный, как поцелуи дракона. Об эти тонкие мягкие нити можно было тереться всем телом. От прикосновений чутких пальцев и горячих ладоней хотелось громко стонать. Он действительно раздевал виртуозно, Соня даже не поняла, как лишилась своего незатейливого костюма примерной домохозяйки. Свет под потолком почему-то погас, и их обоих теперь освещало лишь пламя огня и сияние шариков в зелени мха.

На секунду прервавшись, Соня вдруг обнаружила, что мужчина с ней рядом все еще как-то несправедливо одет. Совершенное безобразие.

Пружинисто оттолкнувшись от мха, она встала перед ним на колени и потянулась к застежке штанов. Одно лишь движение, и девушка оробела. А если это все было лишь шуткой? Он встанет сейчас, улыбнувшись, помашет ей ручкой и просто уйдет?

Словно прочтя ее мысли, он осторожно поймал руку, готовую уже стыдливо отдернуться, поднес к губам, целуя трепетно каждый пальчик.

— Ты чего испугалась? Дай угадаю… разочарования?

— Нет! То есть… да. Твоего.

Не сводя с нее в темноте завораживающе мерцающих, околдовавших ее драконьих глаз, он медленно потянул вниз Сонину ладонь.

И она отпустила себя. Выкинула из головы все на свете.

Здесь и сейчас есть только она и роскошный мужчина, судя по твердости под пальцами, ее страстно желавший.

Вопреки своим страхам, она подалась к нему, руками ныряя под полог футболки, трогая, прикасаясь, поглаживая. Низкий мужской стон, полный волнительного удовольствия, тут же стал ей наградой.

Она стянула с Эндриса штаны в раз и даже не закрывала глаз, им открыто любуясь. Безупречен во всем, совершенно: и гладкой светлой кожей, вдруг заблестевшей от пота, и плотью, восставшей в ответ на ее неумелые ласки.

Художница Соня никогда не понимала интимной мужской красоты и старалась бывшему мужу хотя бы не выдавать своей почти детской брезгливости. Но сейчас… сейчас ей хотелось касаться его, ласкать, гладить всю эту роскошь, так терпеливо сносившую ее неуклюжие прикосновения.

Он снова поймал ее руки, снова подарил легкий, как бабочка, поцелуй и медленно притянул к себе. Так Луна притягивает воды океана — бескомпромиссно и нежно.

Эндрис был все еще осторожен, немыслимо осторожен с ней, хотя дыхание, и дрожащие руки, и пот на мужской коже выдавали в нем бурю страстей.

— Я не испугал тебя? — тихий шепот на ухо.

— Хочу тебя, Змей.

Она впервые его так назвала. И почему только глупости лезут ей в голову?

И в ответ снова тихое:

— Повтори.

— Иди ко мне. Или я тебя сейчас покусаю! — это точно она говорит?

Приглушенный смех был красноречивым ответом, его пальцы скользнули по Сониному подбородку, лицу, поднимая навстречу самому сказочному поцелую во всей ее жизни.

Бархат губ, нежная влажность и страсть. Тихий рык, дрожащие руки, и вот он уже нависает над Соней, как грозовая туча, как лавина, готовая вот-вот обрушиться на нее.