Книга Колючее счастье для дракона, или Инквизиции требуется цветовод, страница 84 – Марианна Красовская, Нани Кроноцкая

— Да, Зефирка вчера долго плакала, — авторитетно подтвердила Кира. — Говорит, уволилась бы, да контракт у нее очень жесткий. Странно, конечно, я Эндриса еще с Инквизиции помню, он был таким милым, таким… обаятельным.

— Погоди, — они как-то все сразу начали ей «тыкать», Соня в ответ было дернулась, но решила не возражать. С бухгалтерией умные люди не спорят. — Инквизиция? Так вы все из нашего мира, с Земли?

Кира поморщилась, как-то странно оглядываясь и поджимая пухлые ярко-накрашенные губы.

— Да, то есть нет. Сильвер собрал наш «десант» почти сразу же после создания института. Но Бессмертный опять заупрямился и людей вместе с оборудованием отказался проводить сюда наотрез. Что-то там долго орал про поля и прорывы. Нецензурное очень, я не дослушала. Вот уж кто вредный и нервный. Как только жена его терпит…

— Так что там у вас в Инквизиции? — порталист Соне был уже не интересен. Все с ним понятно, чего уж там.

— А! У Сильвера, тогда еще чаще Серебрякова, был просто невероятно красивый роман с самой Геллой. М-м-м-м. Все его обсуждали и тихо завидовали им обоим.

Соне услышанное не понравилось совершенно.

— Геллой? Булгаковской, что ли, ведьмой? — попыталась шутить, чтобы как-то отвлечь свое совершенно распоясавшееся эго. Да что с ней творится такое?

— Да кто ее знает, эту красотку. Нет, девочки мне рассказывали, что она демоница, суккуб. Роскошная женщина-вамп, такие снимаются в порнофильмах, и не за деньги, а ради чистого удовольствия. Представила Эндриса рядом с такой? Улет, да?

Порнофильмов Сонечка не смотрела. Никогда не тянуло ее, совершенно. Хватало Бориса с его удушающими поцелуями, десятиминутных эпизодов поздними вечерами два раза в неделю и вечной его этой ревности. Нет, когда-то в юности секс был занятием интересным, даже познавательным, но какого-то особого удовольствия она не помнила. Бывают фригидные женщины ведь и нередко, а Соня как раз из таких.

Эти все мысли так явно отразились на ее выразительном личике, что Кира ехидно хмыкнула и пояснила:

— Высоченная, длинноногая, рыжая. Сто десять-шестьдесят-сто. Глазюки, как два изумруда, и голос такой, что даже коты на автостоянке у Инквизиции за ней бегали, задрав хвосты, едва только услышав. А еще очень умна, хитра и темпераментна. Чума просто. Говорят, демоны не умеют любить, но она Эндрису очень благоволила, а больше никогда, никому. Долго они это дело крутили. Народ делал ставки на скорое окончания их романа, и все проиграли.

Соня терпеть не могла сплетни и сплетниц. Перемывание чужих костей досужими языками было всегда для нее отвратительно. А сейчас она оторвать себя не могла от этого странного разговора.

Пустое любопытство? Вовсе нет. В ней поднималось какое-то неизвестное чувство, и Соня, молча слушая Киру, представляла себе ненавистную Геллу и то, с каким удовольствием она ей эти рыжие патлы повыдергает. Если найдет. А кстати…

— Я с Сильвером немножко знакома была до Эдема. Так получилось, случайно. Но Геллу не видела. Она тоже теперь здесь будет работать?

— Пф! — Кира махнула на Сонечку пухлой ладошкой. — Скажешь тоже. Будь она с ним, Эдем вздрогнул бы. Гелла исчезла очень много лет назад. Ты не смотри на меня так, мы же все долгоживущие. Демоница та была вовсе бессмертная, Сильвер тоже протянет еще пару сотен лет, как из пушки.