Книга Морской эмир, страница 52 – Сильвия Лайм

Впрочем, последнее было явно лишним. Как только мой конек почувствовал свободу, по округе разнеслось его довольное ржание. А затем мы помчались прочь так быстро, что окружающий мир слился в одно разноцветное пятно, а я только и могла, что крепче держаться в седле, чтобы не упасть и не сломать себе голову.

Не знаю, сколько мы двигались в таком бешеном темпе. Первое время я зажмуривалась, стараясь бороться с сумасшедшим давлением потока воды. И только, кажется, через бесконечность убегающих минут сумела открыть глаза и вспомнить, что поводья у моего конька явно не просто так надеты.

Впрочем, остановить животинку оказалось не так-то просто. Я тянула за прочную травяную верёвку, в которую были вшиты крупные шипы, врезающиеся в плотную кожу коня. Но тот почти не реагировал. Лишь пару разу махнул головой, отчего я едва не вывалилась из седла.

Что-то явно шло не так! Возможно, я тянула недостаточно, но сил не хватало.

В результате я выдохлась и бросила эту затею. Зато вспомнила кое-что другое.

Тиррес обещал, что теперь я сумею говорить с любым морским животным. Чем не повод завести нового друга? Тем более что для совершенствования навыков общения момент, можно сказать, весьма подходящий. По словам того же морского эмира: «Чтобы научиться чему-то, нужна постоянная тренировка…»

В любом случае времени у меня уже не оставалось. Внезапно впереди мелькнуло что-то чёрное. Вода с каждой секундой становилась все холоднее, и скоро мне начало казаться, что потоки режут меня мельчайшими ледяными иглами.

Кроме того, чернота вокруг увеличивалась и приближалась. И если прежде рядом была масса дивных разноцветных водорослей, мелькали рыбки, то сейчас они исчезли, будто вымерли.

Песок под нами тоже стал чисто черным. Словно это и не песок вовсе, а крошка вулканической лавы.

Меня начала охватывать паника.

Это был момент истины, чтобы попытаться поговорить с коньком. Прежде у меня все получилось с пятнистым палтусом, но получится ли сейчас?

— Эй, красивый мой, давай-ка тормози, — проговорила я вслух. Но конь не подумал среагировать.

Я напряглась, страх снова ударил по нервам. Попытавшись сконцентрироваться, обратиться к внутренним источникам магии воды, потерпела очередное фиаско. Мне было совершенно неизвестно, что это за источники и как к ним правильно обращаться! В школьном курсе биологии, к сожалению, не говорилось ни об одном органе, который мог бы продуцировать силу стихий. А здесь меня учили действовать по наитию… и, стоило признать, это был не самый удачный способ!

— Коняшка, стой, я тебе говорю! — через силу выдавила я из горла струю воды.

Магия под ребрами не отзывалась. Казалось, даже море перестало меня слышать, как прежде. Все перекрыла музыка дрожащих нервов у меня в голове.

Черные пятна впереди обрели очертания. И теперь стало совершенно ясно, что это огромные камни, дольмены такой густой черноты, словно их кто-то полировал и ежедневно очищал от водорослей и подводной мути. Сюда совершенно не проникал солнечный свет, и казалось, что только вот эти бесформенные штуковины, будто колдовские надгробные плиты, излучают призрачное синеватое сияние.

— Если ты, чудовище колючее, сейчас не остановишься, я специально для тебя найду в Айреморе чарогницу, которая из твоей пупырчатой шкуры суп сварит! — взвизгнула я, со всей силы дёргая на себя поводья.