Книга Мороз-княже. Подаренная князю холода, страница 31 – Мария Ерова

Но щёки продолжали пылать, а я стыдливо представлять, как этот огромный мужчина сначала шубу, а после и платье с меня стаскивает. Сделалось дурно, но не от того, что воображение моё было настолько стыдливым, нет. Напротив, отчего-то захотелось мне, чтобы так оно и было, вспомнив ярко-синие глаза Мороза-княже.

Ну, что сказать, богатырём он был видным, брутальным, и хоть мне, к стыду или чести – не знаю, какой вариант здесь больше подходил, даже в прошлом моём теле с мужчиной быть не доводилось, но чувствовала я в нём то незримое, что привлекало всех без исключения женщин во все времена. И хоть жених мой, Ратимир, тоже был высок да крепок, и на лицо мил, но всё же к нему я не испытывала и толики того, что даже в мыслях вызывал во мне Мороз-княже.

Конечно, в таком виде неприлично было по чужому дому расхаживать, а потому я поискала глазами свою одежду, а заодно осмотрелась в опочивальне. Да, не простой избой оказался этот дом, по убранству более похожий на княжеские хоромы. Не в том смысле, что излишеств здесь было много – их как раз не было, всё как везде, да только сама атмосфера здесь была иной, да и дышалось даже легче, чем дома. Потолки были высокими, а сама комната просторной, кровати и столы друг на дружке не стояли, а потому и воздуха как будто было больше, и светлее просветы. В углу стояла небольшая русская печка и в ней сейчас, потрескивая, догорали берёзовые дровишки, даря тепло и согревая комнату настоящим живым теплом. Понаблюдав немного за завораживающей пляской огня, я принялась дальше исследовать новую для меня территорию.

Мебель как на внешний вид, так и на ощупь, оказалась добротной, покрытой каким-то веществом, похожим на лак, а потому блестела, словно смола на солнце. Но пахло от неё хвоей, как будто я сейчас в летнем лесу находилась, а не в избе.

Одежда моя нашлась неподалёку, аккуратно сложенной на деревянной перекладине, вероятно, служившей здесь подобием вешалки, а потому совершенно не помялась. Одев рубаху и сарафан, натянув шерстяные чулки и обувшись в сапожки – всё равно у меня с собой больше ничего не было, я уверенно вышла из опочивальни, надеясь найти того, кто здесь был главным. И в том, что это был сам Мороз-княже, я весьма сомневалась. Хотя…

Едва я перешагнула порог, как сразу же почувствовала, что в остальной части дома было весьма холоднее. Значит, это ради меня кто-то так постарался, натопив пожарче печь да поплотнее прикрыв дверь. И за это я тоже обязана была сказать спасибо от чистого сердца.

Дом, в котором я сейчас находилась, оказался больше, чем я ожидала, потому как я долго блуждала среди нескольких комнат, обнаружила дверь, ведущую в отхожее место, а после отыскала и кухню, то есть, поварню. Но из людей на глаза мне никто так и не попался. Зато в трапезной, а здесь имелась и такая, я обнаружила на столе ещё парящий завтрак, состоящий из блинов и свежего парного молока. На блюдечке рядом стояло земляничное варенье и небольшой коробочек со сливочным желтоватым маслом.

Слюна едва не потекла по подбородку, так мне хотелось есть. И всё же засомневалась я, что для меня это. А вдруг человек, приготовивший сие кушанье, для себя старался? Ишь, какая нашлась!

И всё же я не сдержалась. Протянула руку, ухватила один блинок, макнула его в варенье и только потянула его ко рту, как тут же услышала невесть откуда доносящийся голос, отбивший у меня разом весь аппетит: