Книга Вирус Aeon. Заражённый рассвет, страница 233 – Татьяна Кравченко

— Помнишь Хольма? У него снова воспалился сустав. Я нашла настойку, которую ты показывала, и, знаешь, сработало.

Она улыбнулась, немного застенчиво.

— Хорошо, — похвалила София, мягко коснувшись плеча Нелли. — Ты молодец. Без тебя бы здесь всё давно посыпалось.

— А ещё… девочка, Мира, из тех, что недавно пришли — она потеряла сознание. У неё лихорадка. Я успела вовремя, дала жаропонижающее. Сегодня уже ходит.

София кивнула с уважением. Ей нравилось видеть, как Нелли растёт, становится увереннее.

София начала знакомство с новенькими. За это время к ним пришли ещё пятеро — не считая Майка и Клэр. Со всеми по очереди она побеседовала. Вопросы были простые, но важные:

— Кто ты? Откуда пришёл? Кем был до эпидемии?

Некоторые говорили честно: Один — бывший инженер. Другая — акушерка. Был и парень лет двадцати — сказал, что просто шёл на юг, не зная куда. Другие мрачно отмалчивались. София смотрела им в глаза, пыталась почувствовать ложь, страх или намерения.

— Мы все бежим от чего-то, — сказала София. — Но теперь вы здесь. Значит, пришло время что-то строить.

Она строго следила за порядком, чтобы не повторить прежних ошибок — когда доверие слишком дорого им обошлось.

Иногда, чтобы не закиснуть в ожидании, София с Марком выходили в город. Вдвоём они проверяли периметр, наблюдали с возвышений, обходили старые улицы. Пару раз заходили в заброшенные дома, где находили бинты, консервы, ножи, патроны. Всё — по крупицам.

Однажды в подвале аптеки нашли почти целый ящик спирта. В другой раз — детский рюкзак с плюшевым медвежонком и фотографией семьи. София долго держала её в руках, прежде чем положить обратно.

— Город стал другим, — сказал Марк, ведя машину. — Словно ждёт, пока всё рухнет окончательно.

— Или пока кто-то решится вернуть его к жизни, — ответила София.

И снова возвращались — в церковь, где ждали остальные. К лицам, ставшим семьёй. К тревожному, но живому сердцебиению лагеря.

И всё это время — ждали Вэла.

Спустя несколько дней, Марта и Мия готовили на кухне, когда их окликнула София. В её голосе чувствовалась тревога — что-то произошло. Они вытерли руки, переглянулись и пошли за ней. У церкви их ждали Марк и Вэл. Вэл наконец-то вернулся. Марк нервно крутил в пальцах пустую гильзу, будто решал ждать или стрелять. Вэл стоял напротив, плечи напряжены, рядом с ним — измождённый мужчина. Женщины кинулись обнимать Вэла.

— Это Рэй, — произнёс Вэл, голос его был глухим. — Он сбежал от коменданта. Я наткнулся на него недалеко отсюда, когда возвращался.

Мужчина шагнул ближе, в круг света от керосиновой лампы. На вид не больше сорока, но глубокие морщины, пустой взгляд и ввалившиеся щёки выдавали годы боли. Рубаха висела на костлявых плечах, руки в шрамах, словно карту ада начертали на коже.

— Ты видел Оскара? — выдохнула Мия.

В её голосе звенело напряжение.

— Он… жив?

Рэй кивнул. Его голос был хриплым, словно давно не звучал:

— Когда его привезли, три дня держали в подвале. Без еды. Без воды. Потом — Школа.

София вскинула голову, как от удара:

— С «ожившими»?

Рэй покашлял, будто слова резали горло:

— Да. Но он справился. Всех уложил. Никто не прошёл это как он. Комендант его принял.

Марк с силой швырнул гильзу в землю.