Книга Мистический капкан на Коша Мару, страница 132 – Евгения Райнеш

Кош Мар звал его заглянуть в самые тайные свои уголки, открыть все секреты, но выстраивал препятствия, чтобы никакой из них не достался Азарову так просто. И крапива, как один из пограничных отрядов живого дома, стояла насмерть.

Когда Клим пробился к поленнице, он ощущал себя почти зомби. То ли живой, то ли мёртвый, мучимый всеобъемлющей жаждой и сходящими с тела кусками плоти. Уже потерявшими чувствительность руками он принялся откидывать поленья, скатившиеся к подножью тополей. Наверное, благодаря им, пятачок земли между двумя деревьями остался нетронутым ядовитой травой. И тут Клим, с таким пылом прорывавшийся к этому месту, вдруг застыл в недоумении.

А где именно зарыт секретик? Долбить землю лопатой он не рискнул, так как боялся повредить тайник. Если тот в самом деле был здесь, дети не могли его запрятать очень глубоко. Но где же?

Наверное, Клим очень надеялся найти неведомый знак, иначе он ни за что бы не заметил длинный извилистый след, тянущийся по нетронутой земле между тополями. Неглубокая бороздка в протоптанной среди крапивы тропинке обрывалась небольшим углублением в земле. Словно мячик катился, а потом с силой подпрыгнул на месте и улетел в небо.

Азаров, уже не сомневаясь, отбросил испорченные полотенца, превратившиеся в грязные лохмотья, и прямо руками принялся осторожно разгребать землю — влажную под слежавшимися брёвнами. Он помнил, что секретик был накрыт стеклом, и старался не напороться, но всё равно пропустил этот момент и чуть не рассёк осколком руку. Вовремя отдёрнул, порез прошёлся просто лёгкой царапиной, что в свете вздувшихся крапивных пузырей вообще не выглядела опасной.

Клим аккуратно вытянул бутылочный осколок из земли, камешек с него упал вниз и глухо брякнулся во что-то твёрдое. Мелькнуло разноцветием праздника, Азаров ладонью смёл земляную пыль и вытащил жестяную коробку из-под печенья. Жестянка была и в самом деле праздничная, яркая, со снеговиками, дедами морозами и витиеватой надписью «С Новым Годом». Крышечка немного покрылась ржавчиной и заела, но Клим не хотел портить секретик, поэтому пришлось повозиться, пока она не поддалась.

Внутри лежал свёрнутый на несколько раз лист бумаги. Увидев его, Азаров замер, словно боялся, что сейчас он превратится в пыль, но лист так и оставался лежать в жестянке. Он довольно хорошо сохранился, надо сказать.

Клим развернул бумагу, не веря в происходящее.

Ему сейчас совсем не требовалось смотреть сквозь камеру, чтобы увидеть смысл рисунка.

Две фигурки, держащиеся за руки. Мальчик с вихром на макушке, в шортах до колен и девочка в абрикосовом платье. Опоясанные, связанные огромной лентой. Змеёй с выпученными глазами и раздвоенным языком.

И подпись: «Клим и Руби — друзья навеки».

Это было обещание. Детская клятва, данная много лет назад. Из тех, что не имеют срока давности. Истинная клятва, скреплённая древней змеёй.

— Эй, — крик откуда-то издалека вывел Клима из оцепенения, с которым он уставился на клочок старой бумаги.

— Есть кто дома⁈

Азаров выбрался по узкой, только что проторённой им с трудом дорожке во двор. У калитки стоял, не решаясь пересечь черту, блогер Ветер. Клим узнал его почти сразу, помешкав только минуту.

Он спрятал старый листок с обещанием в карман и, вытирая грязные, опухшие руки о штаны, пошёл к незваному гостю.