Книга Мистический капкан на Коша Мару, страница 96 – Евгения Райнеш

Клим кивнул.

— Так вот, руки её были связаны такой же жёсткой бичевой, но сверху… Запястья обвивала шкура, похожая на змеиную. Вернее, не похожая, а настоящая шкура огромного полоза.

— Пустая? — почему-то спросил Клим.

— Ну, да, — сказал Матюшин. — Та, которую оставляют змеи после линьки. Похожая на чулок…

— А что известно про девушку…

Оперуполномоченный нахмурился.

— А теперь, будьте добры, подпишите протокол, — произнёс он тоном, не допускающим возражения.

Клим понял, что больше ничего от него не узнает и подписал.

— Я всё равно не понимаю, — сказал ему оперуполномоченный уже как-то совсем по-человечески, когда Азаров открывал дверь, чтобы выйти. — Зачем вы живёте в этом странном заброшенном доме? Что за нужда? Ещё и после всех этих событий… Честно говоря, я, наверное, не встречал ни одного нормального человека, который добровольно бы согласился на такое…

Как мог объяснить ему Азаров, что его… Пьянит? Раззадоривает? Даёт пищу для фантазии? Наверное, со стороны это и в самом деле казалось невероятно странным.

— Вы знаете, а я ведь собираюсь купить его, — Клим проговорил это с каким-то сладострастным удовольствием.

* * *

Клим Азаров знал, у кого можно раздобыть большую сумму денег. По причудливому стечению обстоятельств, этот же человек был знаком со всей старой модельной тусовкой и наверняка мог навести его на красавицу-модель со странным прозвищем Кубик.

— Займи мне денег, — сразу взял быка за рога Клим.

Он сначала выпалил это, а только затем опустился в мягкое кресло. На столике уже стояла открытая бутылка коньяка, а на блюде розовели нежным рыбным филе бутерброды. «Красиво», — пронеслось в голове у Клима при виде ярко-зелёных метёлок какой-то петрушки на нежно румяных ломтиках. Источали солнечное сияние дольки тугого лимона. Короб был гедонистом, по крайней мере, всячески это подчёркивал. Где надо и не надо. Сейчас вот не надо, Климу эта демонстрация «дольче виты» ни разу не упёрлась, но, может, Короб специально всё устроил, чтобы поддразнить его.

— Мне нужно много, — на всякий случай уточнил Клим. — Много можешь занять?

— Не занять, а одолжить, — привычно, на автомате поправил его Короб. — А много — величина переменчивая и субъективная.

— Хочу купить дом, — пояснил Клим.

Он схватил с тарелки бутер с невыясненной рыбой, впрочем, явно дорогой, а значит — какая разница, как она называется? Главное — вкусная. Клим понял, что проголодался. И вообще вдруг задумался, а когда он в последний раз ел?

— О, — Короб поднял на него маленькие юркие глаза. Взгляд был парадоксальным: насмешливым и уважительным одновременно. — Я давно тебе говорил. Только на приличный дом у меня свободных средств нет. Коньяк будешь? Камус, между прочим. Сто баксов за поллитра.

— Это не то, о чём ты думаешь, — сказал Клим. — А коньяк свой пей сам. Он, кстати, называется Камю. Я бутеры буду.

Короб скривился, как от зубной боли. Но тут же «отпустил» лицо.

— Ладно, — кивнул примиряюще. — Так что оно на самом деле? То, о чём я не то думаю?

— Декорации, — пояснил Клим. — Не приличный дом, а старый… Ну, знаешь, атмосферный такой…

Он не собирался докладывать Коробу, что на самом деле больше всего на свете жаждет жить в этой развалюхе. Сумасшедшим деньги не занимают и не одалживают. Клим и сам сейчас не верил, что собирается это сделать. Купить Кош Мар и навечно поселиться в нём.