Онлайн книга «Искатель, 2008 № 08»
|
— Ты не бойся, — с трудом ворочая языком, промычал я, — нас не оставят. Щас нас отсюда... Что-то мне нехорошо. Долгожданная отключка подкрадывается, не иначе. И то — сколько дряни во мне всякой налито да проглочено... — Значит, вот вы как теперь играете, — проговорила девушка Оксана, — стреляете и сжигаете запросто. Игралка-стрелялка. С живыми людьми. — Ну! — с воодушевлением почти вскричал я. Последний мой всплеск перед тьмой, перед чернилами. Уж я себя знаю... Сейчас высказываться начну... И пошел я крыть, пошел резать правду-матку: — С людьми-и?! Да вы разве люди?! Протоплазма! На что вы еще годитесь? Обопьетесь, обкуритесь, обколетесь» зафачитесь — и все равно сдохнете! В собственном дерьме! Соседей у нее сожгли, подумаешь, братика забрал. Один братик сидит, один в нетях, один Поречаны ваши сраные держит... держал. У-у, семейка! Сама-то во сколько промышлять начала? В тринадцать? Вас не держать надо, а с землей сравнять. Пер-р-регной. Когда только попередохнете в процессе естественного отбора... но хрен вы передохнете. Вот по вам с реалити-шоу и пройтись! Сам бог велел! В режиме он-лайн. На пари. Знаешь, на сколько? Нули замучаешься считать. А я ведь больше всех рискую! Скажешь, нет? Скажешь? Ты не молчи, не молчи. То разговорчивая какая, а то... Да не бойся, говорю тебе, нас вытащат. Слышишь, там уже закончилось? Слышишь? Я пока полежу чуть-чуть... посплю... устал... А они придут, они друзья... даже если очень страшно с ними... А вот как в склеп ворвались люди в камуфле — этого я уже не видел. Глава 20 Трали-вали «...я вам верю, как родному, но скажите: свобода так и остается призраком на этом континенте скорби?» — «Да, — сказал я, — и они так к этому привыкли, что почти не замечают». Иглы, от которых отходили тонкие трубочки, прикреплялись к сгибам моих локтей с внутренней стороны аккуратными полосками розового пластыря. Некоторое время я смотрел на них. Я был распят на операционном столе внутри машинного кунга, оборудованного под полевой госпиталь. Причем высшего элит-класса. Тут оборудования на миллион. — Лежите спокойно, — сказал врач, глядя мимо моей головы. — Что там у него? Врач был новый, незнакомый, но действовал мягко и уверенно, боли от толстых игл в венах я совершенно не ощущал. — Кошмар, — отвечал ему голос сестрички откуда-то сзади. А вот этот голосок я, кажется, узнал. То ли Жанна, то ли Оля. Между прочим, очень даже ничего себе. Мягкие пальцы врача оттянули мне веки. — М-да... — Как насчет гемоглобина, доктор? — Губы мне повиновались, а вот голос подкачал. — Помолчите. — Что? Неужто обнаружили хоть один эритроцит? Спорим — полудохленький какой-то... — Помолчите, — повторил врач и занялся присосками у меня на груди. От присосок шли не трубки, а провода к кардиографу; экран от меня, по обыкновению, отвернули. — Как будто я чего-нибудь понимаю, — просипел я. — Что? — Ничего. Дрянь мне эту выньте из носа. — У вас была почти летальная асфиксия. Еще бы пять минут... Вам надо провентилировать легкие. — Мне много чего надо. А еще больше другим надо от меня. Уберите. — Вы убьете себя. — Врач впервые с интересом на меня взглянул. Трубчатая вилочка, из которой мне прямо в мозг лился чистый и легкий запах грозовых облаков, исчезла. |