Книга Десятая зима, страница 104 – Чжэн Чжи

— А ты что?

— Я хотела вызвать полицию, – ответила она.

Я подколол ее:

— Зачем вызывать полицию, почему бы просто не рассказать отцу?

— Я колебалась, поэтому сначала обсудила это с Гао Лэем.

— И что сказал Гао Лэй?

— То же самое, что и ты: они плохо знают Цинь Ли. Мы договорились по очереди звонить ему домой, и, если после восьми часов вечера от него не будет вестей, я сообщу отцу. В результате еще до восьми часов позвонила Хуан Шу и сказала, что Цинь Ли у нее и что с ним все в порядке.

Фэн Сюэцзяо вздохнула и сказала, что Цинь Ли действительно очень крут.

На следующее утро он вошел в класс вовремя, как будто ничего не произошло. Ли Ян и остальные были в шоке.

Вскоре после этого мы впятером стояли плечом к плечу у входа в бомбоубежище на спортплощадке Медицинского университета, и Цинь Ли успокаивал нас:

— Не бойтесь, я уже здесь бывал. Здесь темно, но дорогу я запомнил. Это бомбоубежище соединено с теми, что находятся под средней школой «Юйин» и начальной школой номер один района Хэпин. Вместе эти подземные туннели тянутся километров на десять через центр города.

Цинь Ли рассказал, что в тот день, когда его заперли, он провел под землей четыре часа, пробираясь в темноте на ощупь от спортплощадки средней школы «Юйин» до спортплощадки медицинского университета. Когда попытался выйти, то обнаружил, что металлическая крышка выхода заперта снаружи на полуразвалившийся замок. К счастью, он нашел под ногами кирпич, сломал замок и вышел на свет. Я спросил Цинь Ли:

— Тебе не было страшно там в темноте?

— Сначала было немного, но, когда прошел несколько шагов по стеночке, уже нет, потому что дальше темнее не становилось.

— Как там внизу?

— Звезды видны.

— Ты просто завираешься! – не выдержал я. – Бомбоубежище находится под землей, откуда там звезды? У тебя от недостатка кислорода в глазах зарябило?

— Правда. Похожи на светлячков.

Фэн Сюэцзяо возбужденно воскликнула:

— Я тоже не верю. Я очень хочу это увидеть.

— Мы можем спуститься, и вы увидите все сами.

— Ты имеешь в виду сейчас? – Фэн Сюэцзяо побледнела от страха.

— Ага.

Мы с Гао Лэем решили, что Цинь Ли совсем спятил, и посмотрели на Хуан Шу. Она спокойно ответила:

— Я могу пойти с вами. Без проблем.

Ее слова, видимо, придали смелости Фэн Сюэцзяо, самой робкой из нас, и та стала поддразнивать меня и Гао Лэя, что мы не такие храбрые, как Цинь Ли. В конце концов у нас с Гао Лэем не осталось другого выхода.

Чтобы быть во всеоружии, мы пошли вместе с Цинь Ли в аптеку, купили несколько бутылок медицинского спирта и несколько рулонов бинтов. Когда вернулись на площадку, уже смеркалось. Фэн Сюэцзяо и Хуан Шу сидели на пустых каменных ступенях трибун, уже доев последний пакет со снеками. В тот день был день рождения Гао Лэя, и мы договорились устроить пикник на спортплощадке медицинского университета. Цинь Ли принес снеки, а Гао Лэй – газировку и пиво. Мы, трое мальчиков, выпили по кружке пива, и, видимо, алкоголь вскружил нам головы. Мы с Гао Лэем набрали несколько веток толщиной с руку. Цинь Ли обмотал концы веток марлей, пропитал их спиртом – и тут только сообразил, что ему нечем разжечь огонь. Гао Лэй вытащил из кармана зажигалку и сказал: «У меня есть». Все удивились – мы не знали раньше, что Гао Лэй, оказывается, с седьмого класса тайком курит. Зажглись пять факелов, и Фэн Сюэцзяо издала клич, как первобытный человек из мультфильма, к немалому удовольствию Хуан Шу.