Книга Десятая зима, страница 55 – Чжэн Чжи

— Братец^[33] Фэн, как раз после того, как ты ушел, я вспомнил: мы встречались лет десять назад. Я по молодости много дров наломал… У тебя хорошая память.

— Я тебе не братец.

— Братец Фэн, даже если тебе не нравится это слышать, я должен сказать это сегодня. Ты несешь ответственность за мою семью. Во что бы то ни стало надо поймать этого ублюдка, убившего мою племянницу. В следующем перерождении за это буду служить тебе буйволом и конем. Буду пахать на тебя, не щадя своих сил.

— Это ты к чему говоришь? Думаешь, что мы, полицейские, напрасно едим свой рис? Тебе не нужно будет вкалывать, не щадя своих сил в твоей следующей жизни, если ты сегодня дашь четкие ответы на вопросы. Раз я тебя сюда вызвал, значит, есть дело. Заходи!

Ван Хайтао вошел в кабинет. Сяо Дэн и Лю Пин уже были там, курили сигареты и ждали его. Фэн Гоцзинь пристально посмотрел в глаза Ван Хайтао и сказал:

— Ну, выкладывай, что ты скрывал раньше?

Ван Хайтао был застигнут врасплох:

— Ничего! Я рассказал все, что знал.

— Не хочешь говорить правду? – встрял Сяо Дэн. – Твоя племянница умерла злой смертью… Нет, это ты виноват в ее смерти!

Он обернулся к Лю Пину и спросил, как тот считает: сколько лет могут дать Ван Хайтао за соучастие в преступлении и сокрытие важных улик? Лю Пин, подыгрывая, ответил, что лет пять как минимум. Ван Хайтао, мгновенно успокоившись, сказал Сяо Дэну:

— Братцы, не пугайте меня. Нет, в самом деле. И вы, и командир Фэн знаете, что я уже полжизни с вами знаком. Зачем меня дурачить? Я все сказал; я действительно не знаю, что Хуан Шу делала эти несколько дней. Понимаю, вы, наверное, считаете меня безответственным родителем. Я где-то даже готов это признать. Но ребенок вырос, ей скоро исполнилось бы восемнадцать. И в конце концов, она мне не родная. У нее есть свобода. Что делать дома во время каникул? Как я могу проконтролировать, куда она пошла? Вместо того чтобы ловить убийцу, вы здесь меня пугаете… Какой в этом смысл? Вы не можете так клеветать на меня. У вас должны быть доказательства. Разве мы не живем в правовом обществе? Разве так правильно поступать?

Говорят, черного кобеля не отмоешь добела; так и есть. Фэн Гоцзинь похлопал ладонью по детализации звонков Хуан Шу, лежавшей на столе. Сяо Дэн встал и продолжил:

— Ван Хайтао, нет никаких оснований вызывать тебя сюда, говоришь? Не хочешь сотрудничать, да? Ладно, сейчас ты заплачешь… Позволь мне спросить, кто владелец мобильного телефона, номер которого оканчивается на семьдесят четыре шестьдесят один? Как он связан с тобой? И какое имеет отношение к Хуан Шу? Говори!

Ван Хайтао опустил взгляд, нахмурился и сказал:

— Номер выглядит знакомым, но я правда не знаю, кто бы это мог быть. Может, тот ее одноклассник? Или это мой друг ошибся номером…

— Твою мать, хватит уже врать-то! – заорал Сяо Дэн. – Ошибся номером? С этого номера тебе было сделано пять звонков за неделю до трагедии с Хуан Шу. А после смерти Хуан Шу кто-то воспользовался ее телефоном и тоже позвонил на этот номер. Ты сказал, что ошиблись номером? Мы считаем, что владелец этого номера находится под серьезным подозрением, а ты подозреваешься в соучастии в преступлении, понятно тебе? Я спрашиваю тебя в последний раз: кто этот человек? Как его зовут, где живет и какое имеет к тебе отношение?