Книга СССР: назад в будущее, страница 41 – Александр Скок

— Тебе бы провериться, — сказала Полина.

— Ерунда. Я в норме. Пойдем.

Полина отпустила меня, и я неспешно пошел дальше.

— Нет, тебе все-таки надо провериться, — повторила напарница и двинулась следом.

— «Эя, через сколько будет ухудшение состояния?».

— «Динамика ухудшения побочных эффектов зависит от особенностей организма. Среднее время до наступления побочных эффектов средней тяжести — три, четыре часа. Настоятельно рекомендую произвести Стим инъекцию!».

Ага, была бы она еще у меня, эта инъекция. Ничего, закончу со следом, вернусь в квартиру и док прокапает мне капельницу. Ох, лишь бы помогло! Кстати, интересно, как там обстановка у Оли и Геворка? Нашли Алину?

— «Кроме того, рекомендую уменьшить нагрузку на микрочип. В состоянии побочных эффектов нагрузка увеличена на пятьдесят процентов. Категорически запрещено перегружать микрочип. По мере увеличения тяжести побочных эффектов нагрузка будет увеличиваться», — сказала Эя.

— «Что будет если его перегрузить?»

— Неправильная работа, сбой режима Следопыт, сбой режима прицеливания. Так же не исключено его полное отключение, что может привести к тяжелому поражению центральной нервной системы. Привести к шоковому состоянию, наступлению комы и биологической смерти».

Приехали! Виртуальный советник может поддержать в трудную минуту. Ладно, едем дальше, надеюсь до таких последствий дело не дойдет.

След привел нас в отдаленные и глухие места парка, здесь совсем нет людей, нет освещения и нет тропинок, где-то вперед бушевал сумасшедший поток воды. Спустившись по небольшому склону, вышли к системе городского водоотвода: перед нами гремел поток сточных вод, цвета кофе с молоком, заточенный в бетонный лоток метра два шириной. Коридор пониженной плотности эфира проходил ровно вдоль лотка, и я двинул по следу, не задумываясь ни на секунду. Я быстро шел по нему, в крови разыгрался азарт, отчего я совсем не замечал ливень и промок до нитки. Полина не отставала.

Метров через сто лоток оборвался, выливая воду в большой резервуар, в котором она закручивалась вихрем, пенилась, поднимая в воздух взвесь микрокапель и спускалась дальше — в водосточный тоннель, который был высотой метра два с половиной. По стене резервуара спускались в воду скобы лестницы и исчезали в светло-коричневой мути уже на третьей от верха. Какая была глубина — понять сложно. Очевидно, что в сухую погоду можно без проблем спуститься по ним вниз, и миновав резервуар, спрыгнуть в водосточный тоннель. Но сейчас это было крайне опасно, я был даже сказал, смертельно опасно. Поток был сумасшедший, унесет как спичку и утянет на дно. К тому же, тоннель заполнен под завязку — не продохнуть.

Шум и грохот стоял такой, словно бы мы находились рядом с Венесуэльским водопадом Анхель.

— След уходит в тоннель! — сказал я, перекрикивая шум.

— Ты уверен?

— Да!

— Надо туда спуститься, но не сегодня. Я даже не знала, что в парке есть водосточный тоннель.

— Теперь знаешь.

Полина протянула мне зонт.

— Подержишь? — спросила.

Она достала планшет и посмотрела прогноз погоды.

— До вечера стоит дождь, а завтра солнце. Можно спуститься в тоннель во второй половине дня. Все следы так или иначе смоет, но я хочу посмотреть этот тоннель. Возможно удастся найти зацепку. Сегодня запрошу у Мосводоканала схему, посмотрим куда он ведет.