Книга СССР: назад в будущее, страница 8 – Александр Скок

— «Технология уличной рекламы. Развитие наступило в семидесятых годах», — сказала Эя у меня в голове.

— «Спасибо. Ты лучше скажи, дальше мне, что делать?» — спросил ее мысленно.

— «Мимикрировать. Или ликвидировать».

— «Кого, ГБ-шницу?»

— «Да».

— «Ну, уж нет, спасибо, убийство это не мое».

— «Ликвидация опасного объекта — эффективный способ идти к цели».

Ну ничего себе у меня помощница! Прям настоящий мясник! Хотя кое-что полезное она все-таки подсказала — надо втереться в доверие.

— «Кстати, Эя, ты можешь говорить более человеческим языком?»

— «Да. В данный момент идет процесс обучения».

Хотелось надеяться, что Эя научится говорить человеческим языком. А то, как будто зачитывает мне доклад словами из энциклопедии. В этом разработчики явно недоработали.

Захотелось курить.

Терпел минут пять, и за это время немного освоился в новом образе.

— Есть сигарета? — спросил я.

— Не курю. Но твоя пачка в бардачке, ты ее забыл в крайний раз.

Я открыл бардачок, в нем загорелась тусклая лампочка, услужливо помогая найти мне сигареты. Среди каких-то документов, скрученных в трубочку, затесалась красная пачка сигарет. Взяв ее и закрыв бардачок, повертел в руке пытаясь присмотреться к марке. Кажется, бело по красному размашисто было выведено: «Краснопресненские». Не став изучать пачку больше, чем следует, чтобы не привлечь излишнего внимание ГБ-шница, вытащил сигарету, прибегнул к помощи прикуривателя, приоткрыл окно и наконец-то закурил.

Никогда ничего лучше не курил, так мне показалось. Впрочем, вспомнился инструктаж про СССР о том, чтобы я был остережен с местной едой и напитками. Наверное, стоило предупредить и о сигаретах. Видимо имелось в виду, что здесь все натуральней, и от того, лучше во вкусе.

Когда скурил половину сигареты, решил осторожно прощупать у ГБ-шницы события, предшествующие пропаже Антона и что меня ждет впереди.

— Ты говорила, что меня хорошо приложили… не расскажешь, как это было? — спросил я.

— Не помнишь? — посмотрела на меня. В ответ я помотал головой.

— Ты побежал за ним во двор. Он поджидал тебя за углом, и ударил кирпичом о голове. Я подбежала к тебе, ты сказал, что с тобой все в порядке, и я побежала за ним.

— А за кем я бежал?

— Это был карманный вор, он подрезал у гражданки сумочку, а мы как раз проходили мимо.

— Догнала?

— Догнала. А когда вернулась, тебя уже не было.

— Значит, с того момента я и исчез?

— Да.

— Ты, конечно, извини, но не могу не спросить… а как тебя зовут? — спросил я.

— Полина. Полина Гагарина, если уж на то пошло.

— Чувствую себя чистым листом бумаги, — соврал я. Хотя… доля правды была.

— И все-таки, где ты был всю эту неделю? — не унималась ГБ-шница.

Я ответил первое, что пришло в голову:

— Долго бродил по городу, где живу не помню, родню — тоже, в общем, идти не куда… а потом на лавке возле дома забухал с каким-то дедом, благо меня деньги были… у него переконтовался несколько дней. Бабка его помогла мне голову залечить. Ну а дальше, думаю, в милицию надо идти, чтобы родне моей сообщили… ну и патруль меня как раз и задержал…

Кажется, такого объяснения было достаточно. По крайней мере, мне показалось, что Полина была удовлетворена ответом.

— «Отличное решение проблемы», — похвалила меня Эя.

— «Просто повезло удачно соврать».