Книга Обольстительный пират, страница 152 – Минерва Спенсер

— Хью! О боже…

Большая рука мягко приподняла ей голову, чтобы она посмотрела в лицо, а не на грудь.

— Здравствуй, любимая.

Ее взгляд опять метнулся к окровавленному лбу. Кровь сочилась из свежего пореза, но он был не так глубок, как тот, что на груди.

— Хью, твои раны. Нужно…

Хью приподнял ее над землей и сжал в объятиях так крепко, что Дафна едва могла дышать.

— Моя прекрасная взбалмошная возлюбленная! — пророкотал он ей на ухо, прижимая к себе. — Сколько раз тебе надо повторять, чтобы ты не запрыгивала в карету к незнакомым мужчинам?

Смешок отдался дрожью в его груди.

— Хью… Не могу… дышать.

— Прости, милая, — прошептал Хью, поставив ее на землю, и накрыл ее губы своими. Этот лихорадочный поцелуй говорил больше любых слов. Он отпустил Дафну и чуть отстранился, чтобы ее оглядеть. — Боже, что я натворил с твоим чудесным платьем. А мне так нравится этот оттенок желтого!

Дафна рассмеялась:

— Боюсь, с этим уже ничего не поделаешь.

— Мы купим тебе еще десяток подобных. — Он провел пальцем по глухому вороту и с сожалением вздохнул.

Дафна прижалась щекой к его руке:

— Ты хоть о чем-нибудь еще можешь думать?

— Хочешь сказать, помимо дамской моды?

Дафна вздохнула, и Хью расхохотался, опять притягивая ее к себе.

— Поедем домой.

Он повел ее к лошадям, но Дафна остановилась и показала на тело Малкольма.

— А как же он? И остальные…

— Сэр Малкольм трагически погиб при пожаре в своем рыбацком домике. Увы, он много выпил и не заметил запаха гари. А что до этих… — кивнул он на Калитена и Жана-Поля, которых, связанных, уже вели к ялику. — Думаю, пора им самим изведать то, на что они обрекли тысячи людей. Мартен отвезет их к нашим знакомым, которые сделают все, чтобы эта компания работорговцев как можно дольше не увидела свободы.

Хью обхватил Дафну за талию и подсадил на спину Паше, прежде чем вскочить в седло у нее за спиной почти так же элегантно, как всегда. Одной рукой он обнял ее и прижал к себе, жарко прошептав ей на ухо с плутовским смешком:

— Поедем домой, моя любимая будущая жена, чтобы я мог избавить тебя от рваного платья и уложить в постель. Или попробуем выяснить, получится ли это сделать прямо здесь, верхом на коне?

Он недвусмысленно прижался к ней бедрами, и Дафна делано возмутилась:

— Что я слышу, милорд? Вы собираетесь выбрать что-то одно?

Хохот Хью разнесся по поляне, и Дафна заметила мысленно, что, похоже, научилась кокетничать.

К тому времени как Хью явился в комнату Дафны, было уже далеко за полночь. На нем был тот же халат из роскошного китайского шелка, который мягко обтекал каждую мышцу крупного тела. На виске у него был пластырь, а грудь опять в бинтах.

Дафна за туалетным столиком расчесывала волосы, и их глаза встретились в зеркале. Все тело ее вмиг напряглось под его взглядом, когда он подошел ближе.

— Ты со всем разобрался?

Хью забрал у нее щетку и принялся причесывать ее сам, глядя на отражение в зеркале.

— От Малкольма и его хибары остались одни головешки, а Калитен со своими подельниками отправился в дальний путь. — Щетка остановилась, и Хью поднял взгляд. — Да, кстати: анонимные записки, которые получал Уилл Стендиш, писала твоя бывшая горничная Фаулер, а точнее — миссис Блейк.

Дафна удивилась:

— Как ты об этом узнал?

— Мартен отправился в Уиттон-парк на поиски ее мужа, чтобы… э-э… выяснить, причастен ли он к твоему похищению. Вместо него он нашел миссис Блейк. Похоже, ее муж сбежал и оставил ее расхлебывать заваренную им кашу. — Хью помедлил. — Боюсь, это она в минуту слабости рассказала ему правду о твоих сыновьях, а он, конечно, Гастингсу. Так или иначе, это она отправляла письма в надежде искупить свою вину.