Книга Шелковый хаос, страница 108 – Фэя Моран

Я посмотрела на дверь, ведущую в столовую.

— Детка, я успел понять, что наших родителей ты в это втягивать не собираешься. Все еще не передумала?

Этот вопрос потребовал размышлений.

Что-то подсказывало мне, что человек, подбросивший обол, как раз на это и рассчитывал – на то, что я побегу докладывать о произошедшем отцу или самому Демиду Аргиру. Самим Архонтам Домов он его не подкидывал по одной простой причине – слишком просто, слишком явно. Получив обол от Паисия (как мы все предположили изначально), Демид просто назначил бы встречу лицом к лицу с братом и на месте разобрался в ситуации. Тем более, что братья были всегда близки, никакой борьбы за власть. Демид Аргир возглавлял самую высшую точку в иерархии Домов – Дом Зевса, – а Паисий и Стефан свои Дома, и никто ни с кем не дрался, желая получить власть над другими. После смерти Стефана Аргира Дом Посейдона и вовсе перешел в руки его жены – Риммы. Все оставались довольны.

Этот человек, кем бы он ни был, прекрасно это знает, поэтому и подбросил обол не напрямую Архонтам или моему отцу, а в ноги «детишек».

— Нам нужно связаться с Ригасом, – сказала я наконец после затянувшейся паузы.

— Читаешь мои мысли. Риг – отличный союзник в таком деле. Правильно мыслишь, детка.

— Сегодня вечером встретимся где-нибудь. Но не в «Орихалке». Нас не должны видеть знакомые. Этот Дий может быть еще ближе, чем мы думаем.

— Я позвоню Ригу и поделюсь нашими догадками. Пусть он назначает место встречи.

Это прозвучало на удивление логично из уст такого, как Эррас. Дом Аида – самый потаенный и темный Дом. Ригас знает изнанку Афин лучше, чем кто-либо другой. Его семья контролирует не только подпольные заведения, но и тесные, забытые богом закоулки, где решались судьбы.

Я кивнула, обдумывая следующую мысль, которая жгла меня изнутри, а потом произнесла:

— Ни слова Деймосу.

Я услышала, как Эррас усмехнулся.

— Оберегаешь своего суженого? Не думал, что в тебе проснется заботливая женушка.

— Это не забота, а стратегия. Боюсь, что он может ляпнуть лишнего. А наше дело требует исключительной секретности. Так что и ты держи свой язык за зубами, понял?

Он издал смешок.

— За кого ты меня принимаешь?

— Ты меня услышал, – бросила я.

И сбросила вызов, решив, что Эррас выполнит все, как надо. У него просто не было выбора. Со мной шутки плохи.

Когда я вернулась в столовую, Инес уже закончила завтрак и встала из-за своего места. Прислуга поспешила убрать за ней тарелку.

— С кем разговаривала? – спросил Деймос, едва я переступила порог.

— С отцом, – соврала я.

— И что он говорит? Передумал отдавать нашей семье такое сокровище?

Метаксия предостерегающе цокнула, чтобы на этом наша словесная битва закончилась, так и не начавшись. Я даже поблагодарила ее за это взглядом, направившись к своему месту.

— Спасибо за обед, – произнесла Инес, двигаясь к двери и пялясь в экран телефона, – а я пойду.

Деймос бросил на удаляющуюся из столовой сестру какой-то странный взгляд. Так обычно смотрят, когда подозревают кого-то в чем-то очень серьезном.

— Ваши наряды уже привезли, – заговорила Метаксия. – Поездка в собор состоится в восемь утра, так что ложитесь сегодня пораньше, чтобы не проспать. Особенно это касается тебя, сынок.

— Да ладно, – закатил глаза Деймос. – А почему сразу не в пять?