Книга Шелковый хаос, страница 68 – Фэя Моран

Я принял в плетеном кресло другую позу, чувствуя, как горячая керамика чашки греет ладони.

Инес сидела напротив меня, задумчиво помешивая свой кофе, и время от времени поглядывала на экран телефона, лежащего на ее коленях.

— Деймос, подумай о том, что мы сказали, – произнес отец. – Пока нам не пришлось прибегать к крайним мерам.

— Женитьба уже является крайней мерой, – подметил я.

Папа проигнорировал мою нападку и добавил:

— Надеюсь, ваши отношения с Анархией идут на лад?

Я заставил себя улыбнуться и сделал глоток чая.

— Вполне. Сейчас, например, представляю, как буду уворачиваться от своей невесты, когда поцелую ее, а она решит дать мне за это по зубам.

— Мы решили, что поцелуй будет лишним, – произнесла мама. – Пока вы, так скажем, не в ладах.

— О, правда? Мне не нужно будет целовать ее? Значит, на свадьбе совсем не будет ничего интересного?

Отец не стал продолжать разговор в этом русле, уже привыкший к нашей с Анархией взаимной неприязни. Вместо этого перевел внимание на дочь.

— А как ты провела день, Инес?

Сестренка вскинула на меня взгляд, в котором на мгновение промелькнула паника, но тут же скрылась за маской безразличия.

— Отлично. Играла в теннис с Делией. А сейчас предвкушаю, как буду наблюдать за репетицией в соборе. Я уверена, что нам всем будет весело… Ну, кроме Деймаки и Рии, конечно же.

Мама мягко коснулась ее руки.

— Не нагнетай, милая. Я все еще надеюсь, что все пройдет без скандалов.

Я усмехнулся. Анархия не может без скандалов.

И вот так мы сидели вчетвером, слушая стрекот цикад и далекий гул города, и на мгновение мне действительно показалось, что все будет в порядке.

А уже через два часа, приготовившись, мы уже ехали в главный кафедральный собор Элладской православной церкви.

Я сидел на заднем сиденье, между окном и Анархией, соприкасаясь с ней плечом. С другой стороны от нее примостилась Инес, которая старательно делала вид, что ее очень интересует вид из окна, хотя она наверняка думала о своем этом «парне», о котором рассказала мне утром.

— Как ты себя чувствуешь, моя будущая жена? – усмехнулся я, закинув руку на сиденье за спиной Анархии. – Уже предвкушешь, какие трогательные слова я подготовил для банкета?

— Знаешь, Деймос, – подала она голос в ответ, когда мы проезжали ярко освещенную площадь Синтагма, – пока я готовилась, я вспоминала твое жалкое состояние вчера ночью, и мне даже почти расхотелось тебя душить. Но сейчас ты снова нарываешься.

Она сидела, закинув ногу на ногу, в черном коротком платье. А вот руки… Я давно заметил, что Анархия вечно их прятала либо под перчатками, либо под длинными рукавами. Эта деталь была любопытна. Сейчас она сидела в аккуратных перчаточках.

— В любом случае, сдерживай свои порывы, Хаос, – отозвался я, глядя на ее профиль. – В соборе будут свидетели. Если я упаду замертво перед священником, это испортит маме всю эстетику церемонии.

— А если я сделаю это изящно, – она повернула голову ко мне, в полумраке салона ее глаза блеснули холодным блеском, – все подумают, что ты просто потерял сознание от счастья.

Инес сбоку издала какой-то неопределенный звук – то ли смешок, то ли стон отчаяния.

— Вы двое – просто катастрофа, – пробормотала сестра. – Хотя бы на репетиции ведите себя нормально. Сможете подержаться за руки хотя бы минуту? При этом не пытаясь сломать друг другу пальцы.