Книга Шелковый хаос, страница 93 – Фэя Моран

Разумом я прекрасно понимала, что мне было всего тринадцать, и я никак не смогла бы защитить ее в тот день, но чувство вины не подчиняется логике. Оно росло вместе со мной, превращаясь в сорняк, который душил все живое внутри. Мне было все еще тошно думать о том, что я стояла всего в нескольких шагах, оцепеневшая и с ужасом глядящая на то, как ей перерезают горло прямо у меня на глазах.

И только спустя восемь долгих лет, когда мне исполнилось двадцать, а руки, ноги, взгляд были натренированы достаточно, я нашла тех наемников и убила каждого.

Того, кто держал нож, я убила медленно. Использовала тот же тип ножа, отрезая лоскуты его кожи один за другим, и смотрела ему в глаза точно так же, как он смотрел в тот день на мою мать. И только тогда, когда его кровь остыла на моих руках, я впервые за восемь лет смогла вздохнуть без боли в груди.

Так что за маму я отомстила, доказав себе и своему отцу, что я больше не та девочка из гардеробной.

— Вы снова там. – Тихий голос Димитриса выдернул меня из бездны воспоминаний. – Не надо. Пора отпустить прошлое.

Я медленно повернулась к нему и покрепче сжала футляр со стилетом. Двенадцать лет назад я была зрителем. Пять лет назад я была карателем. А сейчас стану еще и игроком.

— Если человек, который затевает что-то против всех нас, верит в Бога, то ему следует молиться усерднее, чтобы Господь защитил его. Я живьем вырву ему сердце.

Димитрис ничего не ответил, лишь коротко и понимающе кивнул. Он знал, что я не бросаю слов на ветер. Видел кровь на моих руках и знал, что ее запах меня больше не пугает.

— Подготовь ребят, – велела я. – Мне нужно, чтобы в день свадьбы каждый метр пути контролировался нашими людьми. Я не хочу полагаться только на Церберов Аргиров. И… – я сделала паузу, – узнай, кто из ближайшего круга Демида Аргира в последнее время был замечен в контактах с наемниками Дома Аида. В этом мире я могу доверять только тебе.

— Будет сделано, деспинис. А что вы скажете своему будущему мужу? Он в курсе сложившейся ситуации?

— Он знает о подкинутом оболе, но на этом все. Я не собираюсь ему ничего говорить. Буду наблюдать. Если он причастен, его что-то да выдаст. Если нет, тогда нам обоим придется спать с открытыми глазами. Потому что враг у нас общий.

* * *

После поездки к папе, я решила заскочить к Элени.

Ее дом всегда был для меня островком тишины, где не пахло порохом, морем или старым железом портовых складов, к которым я привыкла. У Элени пахло лилиями, дорогим чаем и французской пудрой. Она была той самой хрупкой фарфоровой статуэткой, которую в нашем мире обычно либо прячут в сейф, либо разбивают вдребезги, чтобы насолить врагу.

Мы познакомились пять лет назад на дипломатическом ужине в поместье на Корфу. Наши отцы тогда обсуждали одну сделку, а мы сидели за отдельным столиком в саду. Мне было двадцать, я только что закончила свою личную вендетту и носила под вечерним платьем свежие шрамы после охоты на тех наемников и стычки с ними.

Я помню ту сцену до мельчайших деталей: чуть позже после обеда, отец Элени, Евгений Цангари, стоял в окружении жирных дельцов, а Элени застыла рядом. Один из партнеров ее отца, старик с липким взглядом, позволил себе лишнее – он коснулся ее обнаженного плеча как бы невзначай, а Евгений лишь вежливо улыбнулся, не желая портить сделку из-за «капризов» дочери. Элени в этот момент просто оцепенела, превратившись в камень.