Книга Минхунь: развод с призраком, страница 31 – Лия Шах

Чжу Цзыхай подозвала слугу с подносом и подошла к нам. На подносе стояли два бокала, связанные красной лентой, как и моя рука с табличкой Инь Яна. Шаманка взяла бокалы и протянула нам с Инь Жуном.

— Время обряда единения чаш, – сказала она. – Испейте вина в знак гармонии, а после обменяйтесь чашами.

Ну наконец-то наливают!

Когда дело дошло до выпивки, меня было не обогнать. Я была готова пить за гармонию, за мирное небо над головой, за баланс микрофлоры кишечника – все, что угодно, лишь бы не чувствовать ваши эмоции.

Схватив ближайший бокал, я быстро сделала два глотка и удовлетворенно выдохнула. Хорошо-то как! А то из-за этого дыма уже почти протрезвела.

Инь Жун с лицом полным отвращения взял второй бокал и пролил половину на ковер перед собой, после чего сунул мне в руки свой бокал и забрал мой, повторив порчу ковра. Я, конечно, удивилась, но вида не подала. Только вино жалко было. Ну не хочешь ты пить, зачем выливать-то?

Лучше одного бокала может быть только два. Шаманка ничего выливать не говорила, так что я портить винишко не стала. Не сдерживаясь, залпом допила второй бокал, и почувствовала, что все эти китайцы очень милые сегодня. Вон какие бледненькие стоят, дрожат, но отчаянно чего-то ждут.

А холод тем временем нарастал, и по стеклам окон зазмеилась изморозь. Напоминаю, что хорошо одета здесь была только я. Ну и еще шаманка, может быть. На ней тоже куча странного тряпья.

Конечно, пить с занавеской на лице было немного странно, но я аккуратно приподняла ее, так что все выглядело нормально. Даже шаманка ничего на этот счет не сказала. А вообще, долго мне еще в этой мини-фате ходить? Если бы была не красная, а белая, подумала бы, что это фата невесты.

Шаманка передала слуге пустые бокалы и подозвала другого человека с подносом, на котором стояли две чашки чая. От меня отвязали красную ленту с шаром, и начался следующий ритуал.

— Время чайной церемонии! – объявила Чжу Цзыхай. – Сяо Янь, возьми чашку, встань на колени и с поклоном протяни в сторону таблички Инь Хао, а потом пролей на пол, как только что поступил Инь Жун с вином.

Нафига козе баян? Нафига табличке чай? Чем вам так насолил этот ковер? Почему все вокруг так нелогично?

С кучей вопросов в голове я взяла чашку и пошла предлагать ее табличке, стоя на коленях. От вина движения были плавными, а настроение юмористическим. Сдерживая смех, вылила чай перед табличкой с неизвестным именем. Судя по фамилии, это тоже какой-то член семьи.

Чжу Цзыхай встала рядом с креслами и забрала у меня пустую чашку, поставив ее на столик между ними. Вместо этого она взяла со стола красный конверт и протянула мне.

— Счастья, гармонии, благополучия, – сказала она, а я забрала конверт. Что это за благодарственное письмо? Можно посмотреть? – Сяо Янь, возьми вторую чашку и предложи Лю Тай.

Лю Тай – это табличка на втором кресле. Не знаю, зачем ей чай, но молча сделала, что попросили. Чжу Цзыхай повторила ритуал, и у меня в руках появился второй конверт. Два письма? Почему-то на ум пришли мысли о «черной зарплате» в конвертах. Было бы неплохо, если бы внутри были денежки. Если верить словам Алины, мы скоро пойдем побираться. Хотя я и так уже, кажется. Эх, как там у сестрички дела?..

— Счастья, гармонии, благополучия, – повторила шаманка, отдавая второй конверт.