Книга Присвою навсегда, страница 50 – Юля Гром

Через несколько минут дверь кабинета распахивается, и я вижу огромную фигуру Зевса. Без пиджака, рубашка небрежно расстегнута. Не включая свет, он медленно подходит к бару. Наливает себе виски и садится напротив меня.

— Странно, что ты еще в моем доме.

— Странно, что ты еще в моем доме, — сделав большой глоток виски, достает зажигалку и, прикурив, выпускает дым мне в лицо.

Его слова ставят меня в тупик. Безотрывно наблюдаю, как в мужских грубых пальцах тлеет сигарета, и впадаю в транс. Кабинет мгновенно наполняется запахом табака и терпкими духами Зевса. Сейчас этот сумасшедший коктейль мне кажется невероятно возбуждающим и дурманящим. А еще недавно я ненавидела его. Когда и почему произошла в моей душе метаморфоза, я не знаю, но меня пугают чувства к безжалостному бандиту. Почему-то мне кажется, что ни к чему хорошему они не приведут.

Даже в темноте вижу, что его глаза горят даже ярче тлеющего уголька на сигарете.

— А где я должна быть? — робко задаю вопрос и боюсь услышать ответ.

Усмехнувшись, Рустам медленно встает и вальяжной походкой направляется в мою сторону.

Дыхание перехватывает, когда он огромной скалой возвышается надо мной. У меня нет догадок, что он сейчас будет со мной делать.

— Уступи-ка мне место. Оно мне больше подходит, — не успеваю встать, он подхватывает меня, как пушинку, и садится в кресло, крепче прижимая меня к себе.

Слегка отстранившись, заглядываю в его черные глаза и не могу считать эмоции. Я не понимаю, чего ждать и к чему готовиться. Поэтому сижу, словно каменная статуя, и не шевелюсь.

— Ты мне не ответил. Почему меня не должно здесь быть?

Уголки губ едва заметно приподнимаются, Зевс прищуривается, затягивая паузу. Нежно заправляет выбившуюся прядь волос за ухо, проводит костяшками пальцев по моей щеке, а я невольно закрываю глаза, расслабляясь от нежности, которой одаривает меня Рустам.

— Я весь день проверял телефон, думал, охрана позвонит и скажет, что моя Кроха сбежала. Признавайся, были такие мысли?

Только сейчас, когда он задает вопрос, понимаю, что не рассматривала подобный вариант. Мне безумно страшно, но бежать я не планировала.

— Нет, — произношу на выдохе и облизываю губы. — Что ты теперь сделаешь со мной?

Пытаюсь сглотнуть горький ком в горле, который мешает нормально говорить.

— Еще не решил, а есть варианты? — нахмурив брови, устало поглаживает небритую щеку.

— Я не знаю, как у вас принято с ненужными свидетелями расправляться, — пульс стучит в висках, отбивая сумасшедший ритм. — Я ничего не видела, ничего никому не расскажу.

Прикусив язык, мотаю головой, изо всех сил пытаясь сдержать слезы. Зевс молча наливает в бокал виски и протягивает мне.

— Не хочу, — не решаюсь поднять глаза.

— Тогда прекрати нести чушь. Ты правда считаешь, что я тебя убью как свидетеля?

— Я не знаю.

Неожиданно тишина разрезается громким гоготом, от которого я вздрагиваю и покрываюсь мурашками.

— Ну, пиздец, Маш, — говорит, не переставая смеяться, и прижимает к груди. — Что мне с тобой делать?

Как ребенка гладит по голове, как будто убаюкивая.

— Ну какой из тебя свидетель? Ты от страха дрожишь вся, — спокойный голос немного приводит меня в чувства.

— У меня до сих пор перед глазами этот человек в крови, — зажмуриваюсь, уткнувшись ему в плечо.