Книга Моя дикая страсть, страница 92 – Юля Гром

— Тебе нравится? — обняв меня за талию, притягивает к себе и захватывает в плен губы.

— Шутишь? Целую неделю вдвоем в этом сказочном месте. Не будет Берны, Метина. Фантастика.

— Я переживал, что тебе может не понравиться. Давай покажу спальню.

Когда Батур сказал, что хочет отдохнуть с дороги, я подумала, что он примет душ, поужинает и ляжет спать, он, в принципе, все это и сделал, кроме последнего. Мы легли не для того, чтобы поспать, а для того, чтобы доводить друг друга до пика наслаждения всю ночь без перерыва. В какой-то момент я не выдерживаю и молю о пощаде, чтобы хоть часок поспать.

Просыпаюсь ночью. Между ног сладко ноет после нашего безудержного марафона. Протянув руку, понимаю, что кровать пустая. Легкое волнение пробегает за секунду по всему телу. В комнатах Батура нет и в ванной тоже. Обхожу вокруг виллы. Успокаиваюсь, когда замечаю его сидящим в плетеном кресле. Он сидит без рубашки, широко расставив ноги, держит в руке полупустую бутылку виски, пьет из горла и смотрит в темную даль.

Осторожно подглядываю за ним. Напряжен, ерошит волосы и рассматривает обручальное кольцо. Затем, крепко сжав пальцы в кулак, подносит к губам и замирает. Что же его так беспокоит?

Медленно подхожу, опускаюсь на колени и кладу голову ему на бедро.

— В одиночестве пьют только алкоголики, — его ладонь гладит меня по волосам. — О чем ты думаешь?

— О нашем будущем, о Совете, — отвечает хриплым голосом и тяжело вздыхает.

— Выборы Главы уже скоро? — поднимаю взгляд на него.

Молча кивает и продолжает перебирать мои волосы.

— Почему для тебя так важно стать Главой? — задаю вопрос, который мучает меня не первый день. — Зачем рисковать жизнью ради должности?

— Мамин отец был самым уважаемым Главой, он правил очень долго и честно. Мама мечтала, что один из ее сыновей продолжит династию. С детства меня готовили и внушали, что я получу безграничную власть. Умирая, мама взяла с меня обещание, что я добьюсь этого. Я обязан выполнить ее последнюю волю, потому что всегда держу свое слово. Отец, чтобы заручиться поддержкой родственников, потратил много денег на откаты. Я обязан оправдать ожидания родителей. К тому же я очень тщеславен, — холодная усмешка, глоток виски, и снова взгляд в пустоту.

— Ты так уверен, что выберут тебя?

— Конечно. Я лучший кандидат. У меня непререкаемый авторитет среди родных, я добился огромных успехов в бизнесе, — сжав челюсть, запрокидывает голову вверх. — Ну и, конечно же, у меня кристально чистая репутация.

Злой громкий смех Батура разрезает ночную тишину и разлетается эхом.

— Понимаешь, чистая репутация. Я всегда поступал по воле отца и Главы.

В эту секунду он меня пугает, глаза полны ненависти, пальцы сжаты в кулаки. Батур жадно пьет из бутылки, морщится и небрежно бросает пустую тару в песок. Мне хочется как-то сбавить градус напряжения, но не знаю как.

Взяв со стола персик и нож, муж отрезает сочный кусочек. По его ладоням стекает сок. Батур откусывает половину.

— Сладко, — еле слышно говорит он и протягивает мне дольку.

Кусаю, задевая губами пальцы, и не отпускаю его руку. Пересекаемся с Батуром взглядами. Даже в темноте я вижу, как в его глазах загорается огонь. Беру глубже в рот его палец, слизываю фруктовый сок с наслаждением.

— Очень сладко, — подтверждаю.