Книга Моя дикая страсть, страница 99 – Юля Гром

— Вы позвали рассказать мне о его прошлой жизни? Меня это не интересует.

— Я рассказываю это не для того, чтобы задеть тебя, а чтобы попросить твоей помощи.

— Не представляю даже, чем могу помочь.

— Ты делаешь много добрых дел. Это благородно. Я с интересом наблюдаю за деятельностью твоего Фонда. Ты не откажешься помочь одной девочке обрести отца.

— Я все еще не понимаю, что вы от меня хотите.

— Карина должна жить с отцом. Девочка уже большая и очень скучает по отцу, плачет постоянно.

— А где ее мама?

— Умерла при родах. У нее было больное сердце. Врачи не рекомендовали рожать, но разве она кого-то слушала. Такая счастливая была, — Лида вздыхает, а потом снова продолжает рассказ. — Но жажда власти и денег оказалась сильнее всего. Ради этого Батур отказался жениться, а теперь скрывает дочь, чтобы не опорочить свое имя. Конечно, разве может великий и ужасный Батур Юксель иметь незаконнорожденную дочь от простой девушки не своего круга.

— Вы ошибаетесь, если думаете, что я могу что-то изменить, — ее слова разбивают меня на части, я с трудом держу себя в руках, чтобы не убежать из этого дома.

— Конечно, можешь. Уговори его признать дочь, взять ее к себе. Насколько я знаю, женился он на тебе не из-за денег. А значит, не безразлична ты ему, и мнение твое ему важно. Поговори с ним. Я тебя прошу. Карина мать потеряла и растет без отца.

На полке стоит фото в серебряной рамке, на котором Батур обнимает Аню. Та же девушка, что на смятой фотографии мужа. Я понимаю, что у мужчины к тридцати годам может быть внушительное прошлое. Даже у меня оно есть. Я Батуру не девственницей досталась. У мужа были разные женщины. Проходящие, для секса, наверное, были и те, кто оставил след в душе.

Но все это было далеко от меня. А когда его прошлое становится таким осязаемым и стучится настойчиво в дверь, хочется запереться на все замки. Но не получится. Я понимаю, почему голос Лиды мне кажется знакомым. Это она звонила Батуру, когда мы ехали после благотворительного аукциона. Значит, он был у дочери. А я, дура, такой скандал закатила. Если бы он мне все сразу рассказал. Зачем же он скрывает от меня ребенка? Одни сплошные вопросы. Единственное, что я сейчас хочу, — это сбежать подальше и не знать о прошлом мужа.

— Батура невозможно переубедить. Он слушает только себя, — говорю сквозь зубы и, не прощаясь, иду к выходу.

— Батур приехал, — Лида испуганно бросается к окну. — Как он узнал, что ты здесь?

В отличие от Лидии, мне не страшно. Его гнев меня не пугает. Наверное, я даже рада, что сейчас мы сможем все выяснить.

Батур лишь успевает переступить порог дома, а помещение уже наполняется тяжелым, едким, словно дым, напряжением. Лида в нерешительности отступает назад, заламывает руки и взглядом ищет во мне поддержку.

— Здравствуй, Батур. А мы вот чай пьем, — от растерянности не знаю, что говорить.

— А что же меня не позвали? Я бы с вами попил чайку, — его тон не сулит ничего хорошего. Подойдя ко мне, муж берет рисунок со стола. При этом мужской взгляд немного смягчается. Сложив листок в несколько раз, убирает его в карман пиджака и поворачивается ко мне.

— Судя по наглой самоуверенности в глазах, вину ты за собой не чувствуешь?

Если кто и должен чувствовать себя виноватым, то это точно не я. Но муж другого мнения. Вскидываю голову и молча пожимаю плечами.