Книга После развода. Люблю тебя, жена, страница 90 – Елена Безрукова

— Ладно. Ладно. Я-то уйду. Но ты не забывай, что… Я, конечно, не подарок, и сделал тебе больно. Но… Он тоже сделал. А у нас с тобой всё-таки семья была и ребёнок скоро родится. Если простишь меня — будем вместе его воспитывать. Разве ты не хочешь, чтобы у нашего ребёнка была полная семья? Другие-то чай не лучше меня, как оказалось.

Я молча отвернулась к окну.

Егор ушёл, захлопнув дверь за собой. А я принялась звонить Виктору.

Если у него кто-то есть, кроме меня, я хочу самолично посмотреть на его реакцию так, чтобы отвертеться не мог.

Я попросила его заехать ко мне сегодня и стала ждать.

Я просто покажу ему эти фотографии и всё выясню: кто она, какие у него планы на неё, и что за отношения в таком случае со мной.

Пусть тогда объяснит это всё.

В конце концов, тому, что принёс Егор, доверять на сто процентов не стоит. Всё, что исходит от него, часто насквозь фальшивое…

Может, это сестра его… Или какая-то давняя знакомая, которой он просто чем-то помог.

Конечно, уши развешивать, чтобы удобнее было мне на них лапши навешать, я не собиралась. Я по реакции Виктора пойму всю правду едва он увидит фото. Он не знает, что его снимали и следили за ним. Он не знает, что я сейчас ему покажу и не сможет подготовиться к этим фото. Соответственно, и сыграть ничего не сможет, солгать не получится.

Когда в дверь позвонили, я уже сумела немного сладить с собой и подготовить себя к любому ответу.

Ну, если даже Витя предал меня, я не умру. Мне есть чем заняться и без него. У меня ребёнок скоро родится, я одна не останусь никогда.

А может, всё ещё не так уж и плохо, просто Егор хочет выставить его извергом передо мной, чтобы мы расстались и я бы вернулась от безысходности к нему.

Но Егор не прав. Он ошибается. Я не вернусь к нему ни в каком случае, даже если Витя окажется подлым предателем: потому что я просто больше не люблю бывшего мужа.

Какая тут безвыходность по мнению мужчин? Ну да, развод — это больно и плохо, но это не значит, что надо бежать к какому попало мужику, лишь бы не остаться одной, потому что другой ещё хуже оказался.

Я открыла дверь.

Витя улыбнулся, потянулся ко мне, едва переступил порог.

Но я отстранилась.

— Погоди. У меня есть к тебе вопрос, — сказала я.

— М-м… Хорошо. Давай.

Витя напрягся, понимая по моему поведению, что происходит что-то странное. Я веду себя холодно, и сейчас, кажется, будут неприятные вопросы. Но он пошёл за мной в кухню и остановился у стола.

Он не смотрел на фото, он смотрел только на меня, пытаясь понять, что же случилось.

Тогда я указала рукой на фотографии.

— Кто она? — спросила я.

Витя сосредоточил взгляд на снимках и лицо его потемнело. Он понял, что за ним следили. И поймали. Только на чём?

— Ты встречался с ней за час до того, как встретился со мной, — обратилась я к нему. — Теперь расскажи мне кто это. И расскажи, как, по-твоему, я себя сейчас должна чувствовать.

Витя вздохнул и сел на стул.

— Нина, сядь. Я тебе всё расскажу. Давай поговорим. Просто спокойно поговорим.

— Я тебя слушаю, — села я напротив него.

Конечно, мне хотелось бы услышать, что здесь есть какое-то рациональное и совершенно не криминальное решение. Но я готова была услышать и то, что причинило бы боль. Пусть боль, зато я буду знать правду и не буду себя чувствовать глупой, наивной идиоткой, обманутой всеми.