Книга Развод. Спасибо, что ушел, страница 64 – Марина Безрукова

Я пошла в комнату за телефоном, и в этот момент разлился трелью дверной звонок. Ого, значит, Василич всё же не запрограммированный механизм.

— Что-то вы сегодня… - весело начала я и осеклась на полуслове.

Никакого Василича не было и в помине. Передо мной стоял Вешняков-старший.

— Добрый вечер. Я решил сегодня сам забрать Тёму.

— Здравствуйте, конечно… - я отступила, чтобы Тёма мог пройти.

— Как успехи? – спросил мужчина, не двигаясь с места.

Глаза его были направлены на мою прическу. Я машинально дотронулась до волос и вспомнила, что собрала их наспех в гульку и закрепила двумя карандашами крест-накрест. Смешно, наверное, это выглядит и нелепо. Дернула поскорее, чтобы не позориться, но стало только хуже. Волосы как попало рассыпались по плечам. Попробовала убрать за уши, но поняла, что выгляжу со своими ужимками глупо, и оставила всё как есть.

— Что это? – удивленно приподнял брови Вешняков.

— Да… карандаши, просто под рукой ничего не было, - начала зачем-то оправдываться я.

— Нет, вот это что?

Он смотрел за меня и куда-то вниз. Я обернулась и ахнула. По ламинату полноводными ручьями текла вода. За дверью захлебывалась воем машинка. Я только успела беспомощно всплеснуть руками, а Тёмин отец уже скинул огромные ботинки и прямо по лужам пошел к ванной.

Я кинулась следом, схватила банные полотенца и бросила их на пол, не хватало еще соседей залить в довершение ко всем моим бедам. Что делал Вешняков, мне не было видно. Наконец, потоки воды ослабли. Машинка благодарно затихла, а полотенца набухшими комами из последних сил удерживали влагу.

— Фильтр засорился, - услышала я. – Сейчас, погодите-ка…

В руки мне полетело дорогое пальто, а его хозяин, опустившись коленями в лужу, начал колдовать с техникой.

Кумкват

Максим

— Василич, свободен. Спасибо. Я сам заберу Тёму.

Василич молча кивнул, стекло медленно поползло вверх, а следом тихо заурчал двигатель. Блеснув лакированным боком под фонарями, автомобиль перевалился через лежачего полицейского и скрылся в полумраке.

Я хлопнул перчатками о ладонь, глядя вслед. Вот за что люблю своих ребят, не лезут с вопросами. Поднял голову, всматриваясь в светящиеся ряды окон. Желтые, иссиня-белые, а некоторые горели розовым, заботливо освещая днем и ночью цветы.

У нас тоже когда-то были такие. Ася очень любила растения. Неважно какие. Стоило ей бросить в землю семечко, и через некоторое время из горшка уже торчал бойкий росток.

Мы привозили из Таиланда фрукты, и я смеялся, когда Ася не давала выкинуть косточки или срезала верхушку ананаса.

— Да не вырастет же, Аська, - подзуживал я.

— Много ты понимаешь, - хмурилась жена. – Потом не клянчи урожай. Не дам!

Колдовала, подсыпала, подливала, крутила горшки под лампами так и эдак, уговаривала ласково, а иногда расстроенно выговаривала. Кто бы мог подумать, что известный лингвист, переводчик и участник всеразличных симпозиумов, в свободное время взращивает лук, укроп, рукколу, манго, лимон и прочая, прочая. Не было ни одного растения, которое бы отказалось прорасти. И мало того прорасти, так еще и начать плодоносить.

Сначала в гарнизоне на подоконнике, потом в однушке на кухне и на крохотном балконе. Когда построили дом, появилась целая оранжерея.

Теперь остался только кумкват. Стоит в гостиной. Среди глянцевых зеленых листьев горят огоньками крошечные апельсинки. Тёма их любит, а я не ем. Каждый раз закрываю глаза, и мне кажется, что это Ася прячется за деревцем, что это ее волосы мелькают в зелени, ее глаза, с будто бы рассыпанной янтарной крошкой вокруг зрачка, смотрят на меня.