Книга Сломанные крылья, страница 24 – Марина Безрукова

Лана повернулась, чтобы выйти из двора и подождать такси за углом, но Сергей схватил ее за руку.

— Ты! — буквально прошипел он с перекосившимся от злости лицом. — Я сам буду решать, как и где мне жить! Если ты рассчитываешь, что вот так легко можешь от меня избавиться, ты ошибаешься!

Кирюшка отчаянно, басовито заревел, и Лана попыталась освободить руку, но Сергей вцепился намертво. Ей было больно.

— Отпусти, — тихо, но веско произнесла она.

Она посмотрела на Сергея с ненавистью. Он делает больно ей, он издевается над ее детьми. Откуда-то из глубины души появилась ярость и желание избавиться от этого человека навсегда.

Видимо, она произнесла это таким тоном, с такими бешеными глазами, что на мгновение Сергей стушевался. Он вдруг вспомнил ту Лану, которая лишь иногда обдавала его высокомерным взглядом в общих компаниях. Поэтому ему хотелось, чтобы она принадлежала ему. Он вспомнил, как она закрывала прямо перед его носом дверь, когда он появлялся в общежитии без предупреждения. Он вспомнил, как она вся светилась, возвращаясь со свиданий со своим мужиком. Хорошо, что они потом расстались. Как радовался Сергей и ждал, когда же что-то сломается в этой девчонке, и она попадет в его сети. Поэтому просто так он не уйдет. Он нехотя отпустил ее руку. Лана сделала шаг в сторону и принялась успокаивать Кирюшку. Катя стояла рядом молча, только крепко держалась за плащ матери.

— Ладно, — тихо произнес Сергей. — Ладно. На алименты не рассчитывай, на развод даже не пытайся подавать, свидетельства нет, ребенок до года — тебя не разведут. Я все узнавал специально. Да и на заседание я приходить не собираюсь, а без меня не разведут. Доля в квартире моя есть. Ты ее никогда не выкупишь. А я и не возьму деньгами. Я приду, и буду жить с тобой в этой квартире. Вот тогда посмотрим, как ты запоешь.

Лане казалось, что сейчас вместо мужа с ней разговаривает клон Надежды Петровны. Нужно было срочно уходить. И она быстрым шагом, ничего не ответив на тирады Сергея, направилась к проспекту. А он стоял и смотрел вслед, нервно закуривая сигарету.

Дорога домой показалась быстрой. Катюшка в поезде буквально прилипла к окну: ей было интересно рассматривать проплывающий мимо пейзаж, маленькие деревеньки, леса и рощицы, кое-где еще даже виднелись вкрапления нерастаявшего снега. Деревья пока не покрылись зеленью, но ветки уже потеряли мрачный, голый вид и подернулись еле заметной пленкой изумрудного цвета. То тут, то там желтели яркие, веселые пятнышки мать-и-мачехи, пушистым коконом мохнатилась верба. У Ланы совершенно не было сил добираться до дома сначала на метро, а потом на электричке или маршрутке. На вокзале она договорилась с таксистом, и молчаливый, серьезный водитель довез их, не задавая лишних вопросов.

И снова плавно потекли дни, похожие один на другой. Сергей не звонил и не появлялся. Наступили майские праздники, на улице похолодало и даже выпал снег. Было ветрено, хмуро и неуютно. Отопление в квартире уже отключили, пришлось снова достать теплые вещи.

Несмотря на моросящий дождь, Лана каждый день выходила гулять с коляской. Катюшка как хвостик всегда следовала за матерью. Она ничего не спрашивала ни о такой внезапной поездке к бабушке, ни об отце, а Лана лишний раз и не заводила этих разговоров. Гуляли в парке, наблюдали за птицами, которые яростно ругались между собой, выбирая лучшие места для гнезд на ветках. На лужайках, между прудами горели огоньками солнечные головки одуванчиков. А совсем в глубине парка, прямо как в сказке, раскинулась целая поляна с подснежниками.