Книга Я думала, я счастливая..., страница 16 – Марина Безрукова

В квартире оказалось темно и тихо. Даже не зажигая света, Тамара поняла: Николай забрал вещи. Очень хорошо. Она щелкнула выключателем. Чемодана нет, а на маленькой мягкой скамейке лежит листок бумаги. Торопливый почерк Николая вывел лишь одно слово: «Прости!»

Звякнули вешалки на стойке, мягко хлопнули дверцы шкафа, скрывая за собой одежду, плавно выкатился ящик, куда уютно свился змеей шарф. Тамара скомкала лист бумаги и бросила его в мусор. Она согрела себе чай, открыла коробку с конфетами и уселась в полумраке у окна на место Николая. Черные волосы блестели в свете мерцающих огоньков, на пальцах, крепко обхватывающих керамическую кружку, поигрывали серебряные украшения. Впервые за двадцать два года она никого не ждала, не суетилась на кухне, предвкушая одобрительные возгласы от вкусов и ароматов, не пыталась закончить все свои дела к вечеру, чтобы встретить мужа и дочь. Поразительная тишина плотной оболочкой окутала женщину. Не нужно больше спешить, учитывать время и строить планы на завтра. Впереди полная неопределенность. Это пугает и одновременно завораживает. Тамара чувствовала себя Алисой, которая заглядывает в нору кролика: и страшно, и любопытно, что там?

Душа болела, скребла наждачкой, не унималась. Плохо ощущать себя преданным, как будто тобой попользовались, да и выкинули за ненадобностью. Тамара ради любопытства почитала уже на разных сайтах, что делают женщины ее возраста, когда узнают об измене или уходе мужа. Удивилась, что подобных историй тысячи. Думала, она одна такая неудачница. Растерянные, раздавленные, ошеломленные, в истерике и окаменевшие, в испуге и в сомнениях — это всё ее товарки по несчастью. Они получают десятки советов от посторонних, кто-то сочувствует и жалеет, кто-то злорадствует. Иногда слышится: от хороших жен не гуляют, сама виновата. А иногда: всё наладится и начнется новая жизнь. Были и такие, кто, спустя несколько лет радовался, что разошлись, но встречались и те, кто так и не смог собрать себя по кускам. Раньше Тамара и не задумывалась, через что проходят люди. Если кто из знакомых и сообщал о разводе, принимала как данность, в душу не лезла, причин не выспрашивала. А может быть, кто из них и хотел поплакаться в жилетку, но стыдился, боялся. Как и она сейчас. Невыносимо признаться, что твоя семейная жизнь, которую ты считала идеальной, на самом деле являлась бутафорией. Пустышка, муляж.

Сегодня на выставке она видела изумительной красоты вазы, выставленные на столе, и в них лежали ненастоящие фрукты, а рядом, на тарелочке — крохотные пирожки и печеньца. И всё это, и розоватые персики, и глянцевые яблоки, и янтарные грозди винограда, и присыпанные сахарной пудрой коврижки, всё оказалось простой декорацией, пшиком! Хлопнул фокусник в ладоши, и картинка исчезла! А что делать, когда исчезает полжизни?

Тамара вытянула ноги, положив их на стул. Пошевелила узкими, обтянутыми черными колготками ступнями. Подняла повыше юбку и оценивающе оглядела бедра, колени, щиколотки. Что с ней не так? Неужели те лишние пять килограммов всему виной? Необходимо найти причину, может быть, тогда станет легче. Не бывает же вот так — на пустом месте, взял, да и разлюбил. Когда это началось? Сколько лет этой Соне? Ответы на эти вопросы знал только Николай.