Книга Роковая измена, страница 49 – Марина Безрукова

На следующий же день легкий флер намеков и переглядываний окружил Вадима уже при входе в офис. Но он не обратил внимания ни на взгляды, ни на шепоток за спиной. Занят был мыслями: чем бы еще отомстить бывшей.

За день до праздника у шефа информация дошла и до его кабинета. Вот поэтому он так подозрительно встретил своего одинокого сотрудника. Хотел посмотреть, как будет выкручиваться. Соврал. А это хуже всего. Выводов пока однозначных нет, но присмотреться, как Вадим будет действовать дальше, стоит. Раз не решился сказать правду о своих семейных проблемах, значит, может утаить и что-то важное по работе.

Андрей Владиславович ценил искренность. Это то редкое качество, которое в бизнесе противопоказано. Но в близких людях он хотел его видеть. Поэтому весь вечер общался с Вадимом Сергеевичем по-деловому, сухо и холодно.

Вадим моментально, буквально спинным мозгом, распознал флюиды неприязни, щупальцами протянувшиеся к нему. И снова возникла злость на Тасю. Всё из-за нее! Успокаивал себя тем, что нужно просто немного выждать, не попадаться на глаза.

Такое уже бывало, когда шеф был не в духе, главное, все свои обязанности выполнять безукоризненно и проявлять рвение. Приезжать в офис пораньше, уезжать — позже всех. Тогда «папа» оценит, и его непонятно чем вызванное недовольство, уляжется.

Но расстроился, конечно, здорово. Карьера здесь — это смысл его жизни. Еле вытерпел до конца вечера, и сразу после приема поехал в пивной бар. Хотел просто посидеть в одиночестве, выпить порцию-другую хорошего пива. Однако, оказавшись в уютном полумраке пятничного релакса, зачем-то заказал себе водки, а потом темного пива, снова водки и виски со льдом. Приставал к бармену, просил разъяснить, что этим всем бабам надо, и почему они такие стервы. В конце концов, ему вызвали такси, а дальше он проснулся у Алёны.

Вадим попытался выбраться из клубка простыней и обнаружил, что он совершенно голый. В голове прорезались смутные воспоминания, но тут же погасли, потому что в висок вонзился остро заточенный стилет. Вадим замычал и попробовал встать на ноги, его затошнило и всё вокруг завертелось, как будто он катался на карусели.

Алёна по-прежнему крепко спала. Вадим вспомнил, как раньше он просыпался после таких редких пьянок в своей постели, а рядом на тумбочке его уже ждала охлажденная минералка и таблетка растворимого аспирина. Тася потом весь день его жалела, а к обеду варила щавелевый или куриный супчик, уговаривая съесть хоть ложечку. Вечером обязательно отправлялась с ним прогуляться, чтобы свежий воздух окончательно выветрил остатки алкоголя. — «Здесь аспирин не дождешься», — борясь с тошнотой, подумал Вадим и побрел в ванную.

Красными, воспаленными глазами уставился в зеркало. Боже, как плохо… Провел рукой по отросшей щетине, скривился от перегара, который сам же почувствовал и вдруг заметил на полочке перед зеркалом маленькую узкую полоску. Она валялась среди заколок, расчесок и других женских безделушек.

Кое-как непослушными пальцами Вадим сумел подцепить белую с синим пятнышком бумажку. Такие он видел у себя дома десятки раз. И не только такие. Он видел их все. Начиная от самых простых, как этот, и заканчивая новомодными с электронными цифрами. Тест на беременность. А вот две неярких полоски на нем он не встречал ни разу.