Книга Притворись моим, страница 37 – Сэлли Собер

Макс отрывается на миг — глаза тёмные, почти чёрные, дыхание рваное.

— Говори ещё раз, - хрипло требует он. - Скажи, что тебе это не важно.

— Не важно, - выдыхаю, цепляясь за его плечи. - Ничего не важно, кроме…

Не успеваю закончить — он снова накрывает мой рот своим, одновременно поднимая меня выше. Я обхватываю его ногами, прижимаясь теснее, и он рычит, впиваясь пальцами в мою кожу сквозь ткань.

Его рука скользит вверх, под край топа, и когда пальцы касаются обнажённого живота, я вздрагиваю. Макс усмехается в поцелуй, но не останавливается — медленно ведёт ладонь выше, к краю белья, дразня, проверяя границы.

— Ты дрожишь, - шепчет, отрываясь от моих губ. Его дыхание обжигает шею. - Боишься?

— Нет, - качаю головой, сама тянусь к его рубашке, расстёгиваю пуговицы одну за другой. - Просто… слишком...

Он резко втягивает воздух, когда мои ладони касаются его груди, проводят по мышцам, спускаются к поясу. Но прежде чем я успеваю сделать больше, Макс перехватывает мои запястья, прижимает их к стене над моей головой.

— Терпение, - его голос низкий, почти угрожающий. - Я сам.

И он действительно сам — его руки снова блуждают по моему телу, теперь уже без преград, исследуют, запоминают, заставляют меня выгибаться навстречу. Каждое прикосновение — как разряд, как пламя, растекающееся по венам.

Я стону, когда его пальцы наконец находят самое чувствительное место, когда он начинает двигаться — сначала медленно, потом быстрее, подстраиваясь под мой ритм. Мои ногти впиваются в его плечи, я кусаю губу, чтобы не закричать, но он ловит мой взгляд и требует:

— Не сдерживайся. Хочу слышать.

И я сдаюсь — звуки рвутся наружу, смешиваясь с его тяжёлым дыханием, с шорохом одежды, с биением наших сердец. В голове пусто, остаются лишь прикосновения, его запах, ощущение его тела напротив моего.

Позволяю себе тоже, пробираюсь рукой в его натянувшиеся от возбуждения брюки, с восторгом обхватываю толстый член, двигаю рукой. Сначала неуверенно, но затем всё быстрее и крепче.

Его тело вздрагивает от моего прикосновения, и он издаёт глухой, почти звериный рык. Пальцы на моих бёдрах сжимаются до лёгкой боли — но эта боль лишь усиливает остроту ощущений.

— Да… вот так… - выдыхает он, чуть отклоняясь, чтобы видеть моё лицо. - Смотри на меня.

Я не отвожу взгляда. Движения руки становятся увереннее, ритмичнее — я ловлю его темп, подстраиваюсь под судорожное дыхание, под едва заметные толчки бёдрами навстречу моей ладони. Его кожа горячая, бархатистая, пульсирует под моими пальцами.

Он снова наклоняется, впивается в мои губы жадным поцелуем, одновременно усиливая натиск своих прикосновений. Я выгибаюсь, теряюсь в хаосе ощущений — его язык во рту, его пальцы на клиторе, моя рука на его члене. Всё сливается в единый поток жара, в котором нет ни прошлого, ни будущего — только здесь и сейчас.

— Блять… - он обрывает поцелуй, запрокидывает голову, но глаз не закрывает. Смотрит на меня, пока я веду ладонью вверх‑вниз, сжимая чуть крепче на обратном движении. - Ещё… не останавливайся…

Его голос — низкий, надломленный — действует как приказ. Я ускоряюсь, чувствуя, как его тело напрягается, как мышцы под моими пальцами становятся твёрже, как дыхание превращается в короткие, рваные вдохи.

Он вдруг хватает меня за запястье, останавливает движение — но лишь на секунду. Потом перехватывает мою руку, прижимает её к стене над моей головой, а второй рукой снова находит самое чувствительное место. Теперь его движения резче, настойчивее — он ведёт нас обоих к краю, не позволяя ни себе, ни мне отступить.