Онлайн книга «Цвет греха. Белый»
|
Что хуже всего… Я и не должна хотеть этого доверия! Как вообще можно доверять кому-то, когда уже знаешь цену предательства? Марку я тоже когда-то безоговорочно доверяла. И поплатилась. А теперь на те же грабли? Бестолочь… Я размышляю обо всём этом вплоть до самого города, потом, пока мы едем по ночным улочкам, заставляю себя перестать думать всякие глупости в принципе. Но так погружена в себя, что пропускаю тот момент, когда внедорожник оказывается на парковке клуба Данте. Айзек и сам не спешит выбираться наружу. — Почему не сказала раньше? «Сразу» — так и виснет в воздухе вместо его последнего слова. А мне и вовсе не хочется больше ни о чём разговаривать. И в клуб этот окаянный идти тоже нет никакого желания. Зато есть порыв вернуться обратно в спальню, уткнуться носом в подушку и не провалиться во тьму, пусть и временно. В полном одиночестве. И чтоб эта подушка и спальня — не на вилле Янг. Дома. В моей небольшой квартирке. Или у родителей. Там, где я не буду чувствовать себя чужой, не придётся больше беспокоиться. Но не признаваться же и в этой своей слабости? Вот и совершаю усилие над собой. — Не сказала, потому что считала, что он может быть положительным, несмотря на инъекцию, — признаюсь, как есть. Ухудшаю ли я тем самым своё положение? Плевать. Я слишком устала, чтобы придавать этому какое-либо значение. Что будет, когда Айзек снова разозлится? Тоже плевать. С его-то извечным стремлением превратить свою ярость в нечто физически облачённое, мне вполне может повезти, и он так психанёт, что пойдёт и уже наконец пройдётся ещё разочек-другой по Данте, а я реально останусь одна, поупиваюсь жалостью к самой себе вдоволь. Тем неожиданнее становится последующее осторожное прикосновение к моему плечу. — Не считала, — разворачивает меня к себе лицом Айзек. — Опасалась. Верно? Потому и не сказала. Вздыхаю. Не отрицаю. Хотя и не соглашаюсь. Но он слишком хорошо меня изучил, чтобы обмануться отсутствием ответа. — Опасалась, потому что… что? — выгибает он бровь. Повторно выдыхаю. И вновь собираюсь молчать. Но почему-то, глядя в глаза цвета ясного неба, не молчу. — Я не знала, как тебе рассказать, вот и всё. Всё до крайности банально, — развожу руками с горькой усмешкой. — Я понимаю, мы не такая пара, как оно обычно бывает, у нас с тобой сделка и брак чисто формальный, чтобы достигнуть определенной цели, просто отношения на этом фоне сложились намного лучше, чем можно было бы рассчитывать, и с этим мне повезло, благодаря тебе, но… всё бы разрушилось. И чего я опять такая болтливая ни к месту? Снова выставляю себя полнейшей идиоткой. Неприкрытую жалость к самой себе, нелепую надежду и отчаяние только самый глухой не разберёт в моём признании. Я ведь даже отвернуться от него больше не могу, чтобы спрятать всё то, что я почувствую, когда он отреагирует, в случае, если то мне не понравится. Оно мне надо? Если вдруг снова будет больно… Нормально же всё было! Ещё час назад. Я сама всё испортила. А теперь… — Иди ко мне. Айзек вдруг утрачивает всю свою мрачную категоричность, а мне даже подчиняться или сомневаться в правильности своего возможного подчинения не приходится. Вместе со словами сам же перетаскивает меня к себе, несмотря на тесноту пространства перед рулём, каким-то немыслимым образом вполне удобно устраивая меня на своих коленях. Больше ничего не говорит, не спрашивает, крепко сжимает в объятиях, уткнувшись носом мне в макушку, и просто дышит. Глубоко. Размеренно. Долго. Пока я слушаю гулкие удары его мерно бьющегося сердца. И просто дышу. Им. |