Онлайн книга «Цвет греха: Алый»
|
А меня утягивает назад, с этой высоты, к острым камням и безжалостно быстрому течению… Не падаю. Ведь у меня есть Кай. Мужская рука надёжно перехватывает за запястье. Ловит, возможно, в последний момент. Сжимает крепко и верно, предельно правильно и точно, притягивает обратно, возвращает меня в пределы безопасности, помогает выпрямить спину, избавиться от выворачивающего до глубины души прескверного ощущения отсутствия опоры под ногами и за спиной. На этот раз никакой боли. Мужчина притягивает к себе вплотную. Прижимает до того бережно и аккуратно, обнимая и другой рукой – за плечо, шумно дыша мне в макушку, словно и сам до умопомрачения испугался того, что я могла бы рухнуть с этого высокого склона вниз. Ни слова я так и не могу из себя выдавить. Да и не нужны мне сейчас никакие слова… Того, что есть – предостаточно. Пусть только сердце успокоится, перестанет колотиться так дико и бешено, а собственное дыхание не будет вытягивать душу на каждом последующем сложнейшем выдохе, когда кажется, что ничего всё равно до сих пор не заканчивается, или может я в самом деле упала, умерла, а теперь в коме или вообще попала в другой мир. Но то я. Кай… — Что бы ни произошло. Что бы ни случилось. С тобой. Со мной. С нами обоими. Всё то, что я сказал тебе – не изменится, моя хорошая девочка. Хоть что делай. Сам избавиться не могу. И тебе не избавиться, – произносит он тихо и вкрадчиво, вопреки всем своим словам, похожим больше на откровенную угрозу, чем на обозначенное обещание, ласково проводит по моим растрёпанным волосам, всё ещё утыкается носом мне в макушку, вдыхает глубоко-глубоко, и я, наконец, чувствую в его голосе то самое зыбкое, столь драгоценное умиротворение, что проникает мне в самый центр солнечного сплетения, даря долгожданное облегчение и свободу, а через короткую паузу и вовсе улыбаюсь, не в силах сдерживать всё, что во мне сейчас, благодаря нему вновь зарождается: – В своей жизни мы все падаем. Я – падал бессчётное количество раз. И всегда поднимался. Поднимусь ещё не раз, если придётся. А если ты упадёшь, я всегда поймаю. Никогда не отпущу. Запомни. Ты – моя, ангел мой. Никому тебя не отдам. Даже если весь мир вокруг не согласен и будет против, пусть хоть что происходит. Моя. Только моя. Эпилог Эва Две недели спустя Лёгкая ненавязчивая мелодия разливается среди атмосферы французского прованса, а я вдыхаю полной грудью, насколько это возможно, учитывая тесноту подобранного мне платья. Всё-таки до чего же здесь шикарно! Взгляд так и радуется. Меня снова и снова, как магнитом, тянет пересмотреть и потрогать каждую окружающую деталь. Ещё бы! Искусственно созданный деревенский антураж составляют винтажные столы и стулья, накрытые кружевом и воздушными тканями, не без нервного тика и попутной нелепой ругани, но всё-таки мастерски расставленные, украшенные цветами сдержанных оттенков и множеством искусных композиций: в специально подобранных горшочках, чайничках, баночках и бутылках красуются ветки оливы, лаванды, пучки трав, гроздья винограда, а плетеные корзинки, шкатулки и старинная посуда – как финальный штрих среди щедро накрытого для гостей праздничного угощения в том же стиле французской традиции с поистине царским обилием вина, сыра и миниатюрной выпечки. |