Книга Однолюб. В руках бандита, страница 113 – Дана Блэк

— Да замолчите вы! - прикрикнула мама на прыгающих вокруг нас собак и отогнала их полотенцем. - Вика, ты тоже! Ксюша, все, позвони.

Быстро кивнула и выскользнула за дверь.

Фух.

Ох уж эта Вика.

Неясно, от чего она бесится больше - из-за того, что я переезжаю к Андрею или потому, что первой съезжаю от родителей.

Папа с мамой пока не вмешиваются - значит, все в порядке.

Загрузила сумку в багажник такси и с телефоном в руках уселась на заднее сиденье.

Придвинулась к окну и зажмурилась.

Страшно-то как.

Он меня не приглашал, я сама еду. И будет очень смешно, если Андрей там не один. А с каким-нибудь грудастым гинекологом.

Она сегодня после шести освободилась - время уже семь.

И если вдруг эта Павловна там...

По дороге так сильно переволновалась, когда подъехала к его дому казалось, что вот-вот грохнусь в обморок.

Ну куда меня понесло?

Нужно ехать обратно к родителям.

Так будет лучше и...

— Девушка, приехали, - поторопил меня водитель. Он вышел из машины и сам достал из багажника мою сумку.

— Да, - выбралась на улицу и пугливо оглядела дом. Нет, что-то я не могу. Тряхнула волосами: - Я кое-что забыла, нужно съездить обратно, - жестом показала, чтобы он убирал сумку обратно. - Утюг...

— Привет, - прозвучало от дверей.

Обернулась и взглядом наткнулась на Андрея.

Он стоит на пороге босиком, в руке чашка с чаем. В лучах закатного солнца его чёрные глаза золотистыми кажутся, такими теплыми.

Смотрим друг на друга, я чувствую себя полной дурой.

— Что там с утюгом, девушка? - влез в мои мысли водитель. - Едем или как?

— Нет, - выдохнула и решительно забрала свою сумку.

— Я помогу, - он прямо босиком пошел ко мне, лениво кивнул водителю и забрал у меня вещи. Наклонился к моему лицу и улыбнулся, так обаятельно, я перестала дышать. - Решилась, маленькая? Пойдем.

Иногда кажется, что есть какие-то высшие силы, и они в твою жизнь вмешиваются, если нечто идет не по плану.

Мой план состоял в том, чтобы жить в одиночестве в чужом городе, и теперь я понимаю, насколько глупо было добровольно лишать себя какого-то другого будущего.

Ведь все еще может быть хорошо.

А Андрей - кто сказал, что из него получится плохой отец?

Я сама себе внушила, а сейчас мысль эту прочь гоню.

И смотрю на него, смотрю.

На ужин у нас будет салат из свежих овощей и запеченная курица. А еще фруктовый сок и он тоже его пьет - будто бы из солидарности.

Пока он готовил я прошлась по квартире. Заметила, что убраны пепельницы, которые здесь раньше стояли. И алкоголя, кажется, в доме тоже больше нет.

Он к моему приезду подготовился. И все пока, вроде бы, хорошо, но я сомневаться продолжаю. Сижу на диване и разглядываю его - такого уютного и домашнего, сощурившись, за его неторопливыми движениями слежу.

Как он курицу достает из духовки и раскрывает фольгу, как густой пар вырывается к потолку. Смотрю, как он ставит на стол салатницу.

Улыбнулась, когда он бездумно забросил в рот помидорку-черри и начал жевать.

Он такой красивый.

И не могу я себя винить в том, что устоять перед ним мне сложно, это тоже самое, как в болезни себя обвинять. Потому, что такие мои чувства - это, наверное, болезнь.

Я же все знаю о нем, все плохое.

Но меня это не останавливает почему-то, не отвращает от этого мужчины.

— Ты во мне сейчас дыру прожжешь, маленькая, - Андрей поставил на стол тарелки и поднял голову. Повел небритым подбородком: - У меня готово. Идешь?