Книга Жнец и ведьма. Том 1, страница 93 – Виктория Рогозина

Корпоратив шёл своим чередом, как это всегда бывает у Смертей — весело, шумно и немного на грани допустимого. В колонках звучала бодрая музыка с намёком на загробную дискотеку, кто-то пускал искры в потолок, кто-то пытался научить Жнеца в капюшоне лезгинке. Один из Программистов подбрасывал в воздух какие-то лазерные игрушки, превращая их в мини-салют, пока охрана отдела не подошла и не пригрозила запечатать ему недомагический канал.

Лекс, неожиданно легко для своей грозной внешности, вытащил на танец Тамарочку. Та сначала жеманно отнекивалась, потом — уже откровенно сияла. В его руках она выглядела почти миниатюрной, и всё пыталась кокетливо поправить выбившуюся прядь, хотя на лице читалось: покорена окончательно и безоговорочно.

Матвей стоял у стены, привычно наблюдая за действом, в одной руке всё тот же стакан с соком. Он был здесь, но будто не до конца. Где-то в глубине всё ещё шевелилась тревога, пересекавшаяся с чувством, которое он не решался называть. Он уже знал — всё изменилось.

— Привет, начальник, — негромко произнесла Варвара.

Она подошла почти бесшумно, встав плечом к плечу. От неё пахло чем-то пряным, тёплым, может, корицей, может, огнём. Матвей только краем глаза взглянул — и снова не мог оторваться. Она выглядела иначе — уже не той суматошной, неприкаянной девушкой, что была ночью. Сейчас в ней чувствовалась сила. Опора. Опасность.

— Мы доберёмся до истины, — сказала она просто, спокойно, будто клятву дала.

Матвей хмыкнул, покачал головой и отпил сок, не глядя на неё.

— Если ты не начнёшь держать дистанцию, Варвара, я соблазню тебя. И пересплю с тобой.

Сказал сухо, без интриги, как обычный факт. Она повернула голову, уста в полуулыбке, глаза с огоньками.

— Интересно, — протянула она. — Хотела бы увидеть, на что способен инкуб. На что способен жнец — я уже видела.

Голос её был мягким, едва насмешливым. Словно слова неслись по тонкой грани между игрой и вызовом. Могилов невольно усмехнулся, уголок губ дрогнул. На секунду в его взгляде промелькнуло нечто опасное, притягательное, первобытное — как всегда, когда он позволял себе быть собой. Без маски. Без формы. А в душе в это время будто что-то щёлкнуло. Словно тетива натянулась. Он не знал, чем всё это закончится. Но одно понял точно — эта женщина будет принадлежать ему.