Книга Два в одном: Во все тяжкие, страница 254 – SecretKeeper

— Не переживай. Все будет хорошо. Справлюсь.

— Ага. Справимся, — вернула она улыбку, и отхлебнула из бокала. — И вообще, давай выбросим это все из головы, по крайней мере… сегодня.

Мое внимание зацепилось за это «сегодня», я повернул голову и неожиданно верхняя часть пирожного — сливочная шапка — соскользнула, прокатилась по пальцам, ладони и улетела вниз. От неожиданности — я попытался поймать комок сливок другой рукой, и раздавил… В итоге мои руки полностью оказались в креме. Мы пару секунд посмотрели на мое произведение свинского искусства и оба заржали.

— Вот блин, всегда как поторопишься, получается неловко, — недолго думая слизнул текущий по ладони крем, чтобы не дать ему заляпать одежду. И тут неожиданно я почувствовал, теплое, нежное и… влажное прикосновение к своей другой руке. Перевел взгляд — и застал картину, как девушка нарочито медленно и чувственно слизывает крем с пальцев моей руки, отслеживая при этом мою реакцию. Медленно и неуверенно обхватывает языком мои испачканные в креме пальцы, погружает в свой ротик, облизывает и зажмуривается от удовольствия.

В ее глазах мерцают искорки… ну, хорошо, это отблески настенных светильников, но отражаясь в ее глазах они принимают странную форму и оттенок. Наверное потому, помимо света там плещется еще и весь выпитый алкоголь.

— Э… Маш? Ты что делаешь?

— Облизываю… вкусняшку… — прошептала она, не отрываясь от своего занятия и переключаясь на вторую мою руку.

— Как бы тебе сказать… крем вообще-то уже закончился!

Девушка бесстыже заулыбалась, продолжая свое грязное домогательство.

— Ничего, на столе вон еще два пирожных, и, если это принципиально — я снова испачкаю… а если ты будешь тупить, и не снимешь рубашку — ей тоже достанется. И, — она перевела взгляд бесстыжих глазенок пониже, — не только ей…

Сцена 18+! На сюжет не влияет, кому не нравится такое — пропускаем!

Ее пухленькие губки оказались очень напористыми и сластолюбивыми, маленький ротик все еще сохранял вкус клубники со сливками, а язычок внезапно оказался очень длинным, что меня порядком удивило.

Я так и сидел, расставив по сторонам руки, предположительно содержавшие остатки сливок, а девушка этим бесстыже пользовалась и расстегивала оставшиеся пуговицы на рубашке. Когда же наконец она с ними справилась и откинула рубашку подальше — в ее бесстыжих глазах заплескался алкогольный азарт. Не сильно долго задумываясь, она реализовала недавнюю угрозу — подхватила со стола пироженку и прислонила к моему животу, прижимая, словно туша сигарету, наблюдая как крем течет по коже, растаивая и ускоряясь. Когда он почти достиг штанов — Маша резко опустилась ниже хихикнула и слизнула его своим тонким и длинным язычком, не подпустив к брюкам буквально пару сантиметров. Победоносно на меня глянула и решительно потянула за ремень.

— Надо снять… иначе перепачкаешь, и придется выбросить. Хороший костюм, жалко…

Штаны были сняты и отброшены секунд за десять, но в процессе Маша еще пару раз отвлекалась чтобы слизнуть новые струйки крема, покушавшиеся на целостность одежды, и делала это нарочито медленно, следя за моей реакцией.

— Ух ты… — ее рука легла на мои трусы, поглаживая пальчиками. — Это что за ткань такая? Даже трогать кайф, а внутри там, наверное, вообще… тоже не стоит пачкать, — вынесла вердикт Маша, слизывая очередную струю сливок с клубничными крошками.