Книга Два босса для матери-одиночки, страница 96 – Tommy Glub

Хотя и это странно — судя по всему его позвоночник и мозг целы, нет причин на то, чтобы он действительно был беспомощным овощем.

А Дима… Его похоронили вскоре после моего побега.

Я бы хотела попасть хотя бы на кладбище, но не смогла бы тогда сохранить в секрете местонахождение Кира. И тут пришлось выбирать.

Потому я и не смогла бы приехать к Матвею, ещё когда он был в клинике. Его охраняли словно английскую королеву и никого не пускали. Михаил после говорил, что пытался любыми силами туда попасть, но никакие аргументы не работали.

А ещё приезжал отец.

Он единственный, кто полностью переоценил своё отношение ко мне в нашей семье. И, увидев с моей стороны всю эту жесть, уверенно начал бракоразводный процесс с матерью. Сестра писала гневные сообщения, пока я её везде не заблокировала и пока не сменила номер. Тогда они обе перестали меня атаковать. Хотя, может этому способствовал и в том числе отец.

И сейчас у сына был дедушка. А у меня — папа.

Когда у меня ещё первый раз гостили Ира, Лада и Олег, я стала подозревать, что беременна.

Подсчитывая недели и с трясущимися пальцами делая новые тесты, я с ужасом понимала, как попала. В то утро я сделала тестов двадцать — уже и не помню, сколько покупала и сколько валялось по всей ванной — разных и разноцветных.

Истерика настигла на последнем. Я осела на холодный пол и, зажав рот рукой, задрожала от боли. От страха. От всего, что так или иначе вскоре должно было навалиться. От неуверенности, хочу ли я повторения и хочу ли одна пройти этот путь вновь.

Слёзы текли ручейками по щекам, но становилось только хуже. Никакого расслабления не было. Меня не отпускало. Не становилось легче.

— Олег сказал, что ты тут долго, — постучала тихо тогда Ира. — Всё хорошо.

— Нет, — я всхлипнула. Подняла руку, открыла дверь. Девушка зашла, закрыла за собой и за пару секунд оценила — что тут творится вокруг. И когда всё поняла, присела на колени передо мной и взяла мои руки в свои.

— Только не говори, что ты впервые забоялась и пойдёшь на аборт, — улыбнулась она. Немного напряжённо и сильно сжимая мои руки, но всё же. Я подняла тогда на неё глаза и всхлипнула:

— Но я не смогу. Это сложно. Невозможно даже. Мне нужно беречь Кирилла, а тут… Это. Ира, я же пила таблетку…

— Судя по всему, тебе попалась очень безответственный фармацевт. Или просроченный препарат.

— Ира, что мне делать? — севшим голосом шепчу я. — Это всё так невовремя, Ир…

— Решать тебе, солнце, — девушка завела мою прядь волос за ухо. — Но я помогу тебе в любом случае. Что бы ты не решила.

— А если это малыш Матвея? — стоило мне допустить эту мысль… И речи об аборте больше не было.

И мыслей тоже.

Конечно, скрывать своё состояние стало сложно уже на пятом месяце. Ко мне приезжали братья моих любимых и мой отец, и уже когда я встретила каждого из них на небольшим пузиком, они почти сразу все поняли без слов. Папа попросил сразу написать список витамин и всего необходимого, чтобы выслать мне машиной из города. Но привёз всё это Миша. Он принял тепло мои мысли о том, что это может быть ребёнок его брата.

В общем, в этот раз у меня стало ещё больше поддержки и помощи. И мне уже было легче.

…- Ох, Настенька, ты как всегда, на пробежке? — слышу около подъезда, где сейчас пахнет розами и липой, я остановилась, выпивая воды и немного переводя дыхание.