Книга Маг народа 1: Академия красных магов, страница 141 – Мэри Блум

А по результатам экзаменов Генка — на минуточку — в числе лучших новичков, так что вопрос был абсолютно логичным. Может, его и правда просто пропустили по какому-то нелепому недосмотру?

Главу Королевства я поймал на выходе из столовой. Как всегда он шествовал не один, а в компании молчаливого помощника в треугольных очках, следовавшего за ним повсюду, как свита.

— Марк, — обратился я максимально вежливо, по имени, — могу я с тобой поговорить?

Островский обернулся и оглядел меня так изумленно, будто таракан залез на стол и спросил, чем тут можно поживиться.

— Со мной? — только и выдал он в ответ.

Нет, что ты — с твоим ботинком.

— По поводу нашего ордена, — начал я, — по-моему, произошла какая-то ошибка…

Хоть мастер Королевства и был весь, аж до пяток, закрыт ментальным щитом, от меня все же не ускользнуло, как он скривился, когда я сказал нашего — будто лимон лизнул. А потом, видать, вспомнил, что это он тут король.

— У меня много дел, разберись, — бросил Островский своему помощнику.

И уж было собрался уйти — вот только я собирался поговорить с королем, а не с его шестеркой. Раз уж он лично принимает решения — он и только он.

— А что, — хмыкнул я, — сам за свой орден ответить не можешь?

— Ты как!.. — возмущенно начала его правая рука, ну или какой рукой делают все самые важные дела подобные господа. И сразу же этот верный подданный осекся, когда его мастер властно поднял руку.

— Что тебе надо? — холодно отчеканил Островский.

Ну вот, другое дело.

— Мой друг, — продолжил я, — Геннадий Скворцов еще не получил приглашение в Королевство. Хотел узнать: когда он его получит?

— Хочешь друга протащить? — осклабился этот мастер. — Тут не синекура. Мы в Королевстве не обращаем внимания на дружеские связи. Нам важно другое.

— На экзамене он был одним из лучших, — напомнил я, если тут забыли.

— Если он один из лучших, — высокомерно изрек местечковый король, — то мы его уже заметили. Если мы его не заметили, значит, он не лучший…

О, вот и момент истины. Щит он теперь мог и не снимать — я уже знал, какие эмоции прячутся за ним. Волны непоколебимого самолюбия и заносчивого высокомерия, какие бывают только у спесивых гордецов, кого с рождения вылизывают просто за их происхождение. Вот доберусь до них однажды — и сильно пожалеешь. Островский встретил мой взгляд и нахмурился. Краем глаза я заметил, как рядом мелькнула странная бесформенная тень, словно пытаясь наскочить на меня.

— В любом случае, — примиряюще влезла между нами его верная свита, и тень тут же исчезла, — рассылка приглашений еще идет. Не все, кого мы ждем, уже получили конверты. Завтра будет понятно, приглашен твой друг или нет…

Еще пару мгновений мы с его мастером молча сверлили друг друга глазами. Однако, странное слово «мастер», слишком универсальное как по мне. Если у нас «мастер» — это профессиональный рабочий, руководитель, наставник, то у американских буржуев «мастер» — это то, как чернокожие рабы должны называть своих хозяев. И хотя на публике местные «мастера» делали вид, что они первое, наедине, с глазу на глаз они не стеснялись показывать второе.

Я прям чувствовал, как этому бывшему дворянчику хотелось по-барски махнуть рукой, чтобы я скрылся с его благородных глаз, но Островский сдерживал себя, потому что мне не был «мастером». Пока. Пока я не принял его приглашение.