Книга Ночь с последствиями, страница 137 – Мэри Блум

Схватив блузку, она поспешила к лестнице, безуспешно пытаясь попасть в рукав на ходу. На софе остались шпильки и серьги, а на полу — забытые ею туфли, глядя на которые, Матео усмехнулся. Бьянка, конечно, была недовольна, а вот у него вечер, определенно, удался. И, как бы она ни старалась теперь, эту родинку он еще не скоро забудет.

Мария была за рулем, Бьянка сидела рядом с ней и нервно барабанила пальцами по стеклу, а Матео, расположившийся на заднем сидении, гладил вытянувшегося на коленях пса и задумчиво смотрел в окно. Особняк уже давно скрылся из виду, заросли стремительно редели. Обогнув реку, они выехали с проселочной дороги на трассу. Замелькали указатели, в шумном потоке их обогнали несколько машин. Мария ускорилась, коротко заметив, что иначе они опоздают к ужину. Бьянка еще быстрее забарабанила пальцами, и вскоре Матео начало казаться, что по стеклу хлещут струи дождя.

— Да чего ты так дергаешься? — не выдержал он. — Я теперь тебя знаю лучше, чем себя. Поверит твой отец!

Ногти Бьянки резко корябнули по стеклу, а затем стук прекратился.

— Мы не обсудили самое важное, — мрачно сказала она.

По мнению Матео, обсудили они уже слишком много: ее любимый цвет, любимый напиток, любимый фильм и даже любимый музыкальный инструмент. В любом случае больше, чем ему следовало бы и хотелось знать.

— И что же, по-твоему, самое важное?

Бьянка с силой оттянула ремень безопасности и, насколько могла, повернулась к нему. Издеваешься? — отчетливо читалось в ее глазах.

— Как мы познакомились — вот что самое важное! Надо придумать для папы что-нибудь убедительное!

— Зачем что-то придумывать? — лениво отозвался он, глядя, как ремень безжалостно мнет ее блузку. — Бар, ночь любви — и все… Мы безумно влюблены. Так своему папе и скажи.

— Ты так торопишься на кладбище? — сердито прищурилась она.

По кладбищу он уже гулял вчера. И снова туда не хотелось.

— Ну и что нам тогда говорить?

— Скажем, — Бьянка озадаченно потерла переносицу, — что я поехала за удобрениями. И оказалась на твоей ферме… Где она там находится?

— Ал…

— Да неважно! — перебила она. — Там мы с тобой познакомились и начали встречаться. Такая история.

— Как романтично! — съязвил Матео, удивленный не столько краткостью, сколько несуразностью ее рассказа. — Добавь еще, что это были лучшие удобрения в твоей жизни!

— Нам нужна не романтика, — Бьянка возмущенно махнула рукой, чуть не задев коробку передач, — а правдоподобность!

Сомнений в том, что женщина, далекая от сельского хозяйства, может полюбить простого фермера у Матео не было. Вот только то, что сильное чувство может зародиться среди мешков с удобрениями, которые, кстати, его отец не продавал, было маловероятно.

— Ну да, твоя история правдоподобнее некуда! — усмехнулся он.

Даже с удобрениями и то мимо…

— А твоя верх романтичности! — проворчала она. — Бар, алкоголь, ночь любви… Я же тебе объясняла, папа не приемлет никакой пошлости! Он старого уклада!

Зато его история была правдоподобной. Более того, она была правдивой. Не считая только той части, где они безумно влюбляются.

— Мария, какая история лучше? — спросила Бьянка, отпуская ремень и возвращаясь на место.

— Обе несовершенны, — ответила Мария, не отрываясь от дороги.

— Может, тогда предложишь что-нибудь получше? — хмыкнул Матео. — Только чтобы и романтично, и правдоподобно одновременно! А то кто же нам поверит…