Книга Секса будет много. Тома 1 и 2, страница 434 – Мэри Блум

За время моего отсутствия атмосфера в зале заметно изменилась, все больше напоминая прелюдию к бурной студенческий оргии. В воздухе летала все та же мелодия, но ее уже вовсю перебивали постанывания, причмокивания и томные вздохи. Все диванчики были заняты парочками, которые жадно тискались и целовались, а кое-где развлекались и группами побольше.

Стараясь ни на что не отвлекаться, я направился к выходу, однако взгляд сам зацепился за знакомое лицо. На кушетке у стены Марко обжимался сразу с двумя девчонками, видимо, тоже желающими получить по автографу. А по соседству расположилась еще одна троица — на этот раз два парня и одна девушка, нырнувшая руками в штаны обоих. И пока она переплеталась языком то с одним, то с другим, ее пальчики, не останавливаясь, играли сразу с двумя членами. Интересно, как они ее поделят? По очереди или одновременно? Как будут завтра об этом вспоминать? В частности она сама.

А некоторые уже совсем переходили грань, приступая к сексу прямо в зале. Всезнайка, чью болтовню я слушал во время речи Алины, сейчас лежала грудью на столе, а за ней пристроился парень со спущенными трусами и, задрав ее юбку, увлеченно долбился в призывно выставленные бедра. Сжимая пальцами красную скатерть, она жарко постанывала, вообще не смущаясь, что их может видеть весь зал. Прямо перед ней лежало спелое надкушенное яблоко.

Бледная метка на руке назойливо зачесалась. Я стремительно отвернулся, стараясь смотреть только на дверь и думать только о ней. Я хочу выйти. Хочу выйти! Но чем ближе я подходил к выходу, тем сильнее накрывало странное ощущение — смесь тревоги, грусти и потери. Такое бывает на прикольной вечеринке, которая вот-вот закончится — и ты вдруг это понял и не хочешь, чтобы время шло. В такие моменты начинаешь жалеть о том, что будущее наступит — потому что настоящее кажется гораздо лучше.

Но я хотел отсюда выйти. Пытаясь ничего не видеть и не слышать, я ускорился. До двери оставалась всего пара шагов, когда поверх зудящей метки легли изящные пальчики и потянули меня назад.

— Куда же ты спешишь, мой сладкий мальчик?..

Чужие пальчики игриво пробежались по метке, бывшей сегодня такой чувствительной, словно мне гладили не руку, а сразу залезли под ремень. Все тело мгновенно охватил зуд бешеного возбуждения, от которого, казалось, не скрыться и не спастись. Уже зная, кого увижу, я обернулся и на миг утонул в изумрудной зелени глаз. Появившаяся на своем празднике Лилит ослепительно улыбнулась.

— Неужели тебе здесь не нравится?

Стараясь не смотреть слишком долго в эти затягивающие глаза, я перевел взгляд на ее наряд. Блестящая ткань чарующе переливалась в свете красных ламп, как чешуя змеи на закате. Прилегая как вторая кожа, узкое платье беззастенчиво очерчивало каждый изгиб роскошного тела: грудь, талию, бедра, будто выточенные для удовольствий. Как и всегда, сексуальнее в целом зале не было никого. Интересно, она сюда тоже пришла потрахаться? От этих мыслей метка под ее пальцами зазудела еще сильнее.

— Очень нравится, — я попытался вытянуть свою руку, — но мне пора идти.

— С этим, — пальчики дразняще провели по еле видным контурам на моем запястье, — ты не уйдешь.

Ее прикосновения вызывали новую волну зуда — такого острого, будто мне делали глубокий минет. Казалось, меня трогает сам порок.